Перекати поле пустоши

Когда обращение произошло, ладонь огромного человека размером с лицо ангела Вины припечатала голову демона к стеклу, оставляя под затылком трещины. А потом ещё раз и ещё. Окно покрылось хрупкой сеткой и рассыпалось после очередного столкновения с головой демона – на спящие улицы полетели осколки с высоты девяносто шестого этажа. Вслед за ними безнадёжно закружился и тёмный хранитель. Крылья его отказывались спасать хозяина. Спустя сорок секунд тело демона врезалось в асфальт, протаранив чью-то машину.

Сигнализация резала окружающее пространство, в которое безмятежной тишиной приземлилась и вошла Артемида, сжигая чёрным взглядом остатки изуродованного каркаса автомобиля.

Вина кашлял с каждой новой судорогой поломанных конечностей.

– Это ты… виновата, – прохрипел демон, когда та заглянула внутрь пробитой крыши машины и облокотилась на торчащие металлические детали.

Глаза Арти снова изменили цвет на жёлтый, усиливший все его эмоции.

– Ты виновата! – зарыдал ангел Вины, – Я… я всего лишь хотел жить спокойно.

Зачем ты появилась в моей жизни? Почему рассказала?

Артемида ждала откровений и получала их с каждой новой фразой Вины. Сейчас он говорил не с ней, а с той, кто, как он считал, виновата во всех его проступках. Последним цветом, который увидел хранитель тёмной накидки, был зелёный, который вернул его в стены своей квартиры. Артемиды держала стража за плечи и, прожигая своим присутствием до самых костей, стянула плотную ткань, принимая всю силу пропитанной грехом материи на уже горящие серым пламенем ладони.

Сосед лишился чувств и рухнул на пол, а накидка стала тлеть. Через пару секунд она сгорит и исчезнет, утянув с собой на время силы архидемона, который её сотворил. Как скоро она восстановится можно было судить по некоторым уже ведомым Артемиде фактам из своего многообразного и насыщенного прошлого. Она не успеет сжечь все тёмные накидки разом, как того желали архангелы. Пока ангел Спасения не соберёт все крылья архидемонов, их нужно было сохранить в целости.

– Нельзя допустить сожжения, – шепнула Арти и набросила плащом, покрывшуюся серым цветом накидку с вышитым козлом.

Те же вымышленные цепи и копья пронзили грудь ангела Спасения, делая её беспомощной перед собственной болью. Она выгнулась назад, будто тело поразило током, закатила глаза, отчего засверкало белёсое глазное яблоко, покрытое переплетением набухших капилляров. После упала на лопатки.

– Не позволю, – низким голосом сказала шаманка и перевернулась на грудь.