Курс демонологии. Том 2

Общаться мне не хотелось, мой взгляд был прикован к лежащему на иллюзорном диване Филиппу. Вэйлировец выглядел таким беззащитным, таким на себя не похожим, что вина раз за разом накрывала меня с головой. Словно смерть превратила Филиппа в другого демона. Вот он был надменным саркастичным ухмылякой, а вот он… несчастная жертва опасной для окружающих демоницы.

– Вы уверены, что он очнется? – тихо спросила я.

Феликс с энтузиазмом зачастил:

– Он же вэйлировец, их династийное исцеление творит чудеса, а уж вытащить себя с того света вообще не проблема.

Скоро очухается и будет крепче прежнего, даже не сомневайся.

– Может, стоит позвать кого-нибудь на помощь?

– Филипп справится.

СарднА, рогефьлеБ, нодаббА, эвноР, йедомсА…

СарднА, рогефьлеБ, нодаббА…

Филипп справится, значит, и я должна.

Правда, смотреть на собственную израненную жертву и ничем не помогать – сомнительное удовольствие. Больше похоже на изощренную пытку. И пока я не видела, что хваленое вэйлировское самоисцеление хоть как-то работало, вот в чем проблема.

И от этого внутри поднималась паника. И Сила вместе с ней. А все это чревато еще одной смертью, только уже не вэйлировца, а кого-то, кто не способен вытащить себя с того света.

СарднА, рогефьлеБ, нодаббА…

И совсем уж некстати пришла мысль о будущих экзаменах. Между прочим, как раз экзамен у Наставника Филиппа считался самым невыносимым. И Филипп всегда меня недолюбливал, а уж после убийства его чувства вряд ли приобретут положительный окрас.

Скорее уж он возненавидит меня с новой силой. И плакал мой экзамен. Филипп замучает меня до смерти.

– Филипп знал, на что подписывается, – Феликс все продолжал выдумывать новые аргументы. – Мы все это знали.

– Вы подписались на смерть?

– В том числе.

– Я на долгую жизнь! – шутливо поднял руку аббадонец Оскар, широко улыбнулся и даже мне подмигнул. Мол, меня не убивайте, дорогая демоница, пощадите. Оскар любил подобные мрачные шуточки, он считал, что все плохое непременно стоит обшутить со всех сторон.

Аббадонец, что с него взять. Им все, что со смертью связано, смешно и забавно.

– Но кое на что я точно не подписывался, – так же глумливо продолжил Наставник Оскар. – Речь, конечно, о подопечной без чувства юмора. Смерть – ерунда, когда перед ней приходится выносить подобные страдания. Тяжесть бытия стремится… к кладбищу. Хоть иди туда и закапывайся с головой.

– Твои аббадонские шуточки тоже не помогают, – влез Феликс. – Молчи лучше.