Мёртвая земля

Сама я не задавалась подобными вопросами, просто таскалась везде с Александром и не знала особых забот.

И я не сразу осознала, что росла совсем не так, как остальные альтьеры моего круга, мои уроки были совсем другими, и все вместе с принцем. Мы учились драться и обороняться, учились использовать мертвую землю в личных целях. Изучали уникальные растения, вникали в историю и политику. И даже в университет мы с Александром отправились вместе, хоть я и была младше принца. Не говоря уж о том, что молодых альтьеров чаще всего разделяли: в девушках развивали таланты, способные помочь Храму, ведь он исторически наполнялся женщинами, и они же считались более одаренными скельтами или касталами.

А парни готовились стать частью королевского Совета, либо приносить пользу иным способом вроде службы в королевской полиции. Исключения встречались, конечно, но редко.

И я как раз стала таким исключением. И мне бы уже тогда задуматься о природе своей «уникальности», но мои мысли были заняты лишь принцем Александром.

Моим прекрасным, любимым и единственным принцем.

Мы с Александром любили друг друга с детства, неудивительно, что и любовниками стали очень рано. Мне тогда не исполнилось даже пятнадцати лет. Александр говорил, мы всегда будем вместе, ведь кроме меня ему никто не нужен, он и правда на других девушек не смотрел. Для него всегда существовала я одна, как и для меня – только он. У нас случилась любовь, та самая, которая первая, и есть твердая уверенность, что это навсегда.

Любовь, которая впоследствии усложнила все до невозможности.

На момент окончания университета мне исполнилось двадцать лет. Мы с принцем вернулись во дворец, крепко держась за руки. Александр считал наш союз крепким и нерушимым, оттого первое, что он сделал по возвращении – отправился на аудиенцию к матери. К королеве Роксане. Он хотел сообщить ей замечательную новость: мы поженимся. Александр только такой исход видел логичным и правильным завершением нашей истории, вместе навек.

Вот тогда-то Александру и открыли глаза на правду.

О том, что никакая я не Иделаида Морландер, а простая Ида, дочь своего отца. И в будущем мне светит погибель, и никак иначе. Меня с детства готовили к этой миссии, потому роману с принцем не препятствовали. Думаю, поначалу Роксана это даже одобряла, ведь все складывалось удачно: и я к Александру ближе некуда, и сам принц не распыляется на всех девиц подряд, не ныряет с головой в неприятности.