Дочь аспида

И моё позволение на существование печати берсерков причиняло мне боль сильнее, чем техника сдерживания Туру. Я выдохнула, перебарывая подступившую головную боль. Реальность вокруг стала меняться, преображаясь в джунгли. И вот на плечо упала змея, которую я смахнула к ногам, зная, что та ненастоящая.

– Другое дело, – закивал Туру, пока что пребывая в нервозном состоянии. – Не сопротивляйся, иначе случится новый приступ. А теперь иди отдыхай. У тебя выходной сегодня. Я уладил все вопросы с преподавателями.

Руны с дверной ручки исчезли, как и иллюзия. Можно было беспрепятственно покинуть кабинет.

– Как вы поняли, что я пытаюсь взломать печать, а не имею скрытых? – спросила я, чувствуя тошноту.

– Я профессионал своего дела, – улыбнулся учитель и сел за стол. – Мне всё видно: нужное, ненужное. Была бы скрытая печать, я бы мигом её распознал.

Но Туру ничего не распознал. Значит, грош цена его профессионализму.

После глубокого разочарования в учителе и, соответственно, тех знаниях, которые от него получены, я отправилась в спальную комнату, где пахло хлоркой, и открыла там окно.

Свежий воздух ударил в лицо. А потом и я зарядила себе пощёчину, чтобы привести к свободе запутавшийся в лабиринтах разум. Сколько я смогу ставить опыты над собой, знает тот, кто ни черта ничего не знает. А следовательно, времени я даю себе немного, чтобы не надумывать лишнего, чего точно не успею сделать.

Часть вторая.

Чёртовы воспоминания. Как же было просто, когда я проживала их как «здесь и сейчас». Но теперь они превратились в «там и тогда», которое описывает прошлое. И из-за них «там и тогда» будущего выглядит как нечто вымышленное. Нет, говорю я себе. Не в этой жизни, милая. Почему? Да всё очень просто.

Заблуждения. Обман. Выгода. Пополнять эту кучку ненавистных мне слов можно бесконечно. Главное, не знать меры, а ещё примерять на себя каждый термин, пока не станет тошно.

Оглядываясь на себя, которая ничего не знала ни о людях вокруг, ни о собственной личности, хочется плакать или даже реветь. Настолько сильно поразила сознание скрытым вирусом вся эта якобы правда, навязанная даже самыми близкими, которые убеждали в непричастности ко всемирному злу.