От себя

– Ух ты! Мне кажется, я тебя вообще не видела с распущенными волосами! Тебе идёт! Такие волны классные! Утюжком укладывала или на ночь бигуди? – восхищалась Дарина, пока мы стояли в очереди в кафе.

– Просто высушила волосы феном после мытья. Ничего особенного…

– Да ты вообще последние две недели какая-то другая. Таинственная. Колись, что произошло? Жениха перед свадьбой решила понадёжнее приворожить? Хотя, ты же вроде говорила, что он чуть ли не со школы был в тебя влюблён, а ты его годами мариновала во френдзоне… Кстати, ты такая подтянутая стала, как начала в зал ходить.

– Ходить в зал нужен мощный стимул. Иначе опять купишь абонемент, а появишься там только два раза, дай бог, – иронично предостерегаю Кулакову, расплачиваясь за свой обед на кассе.– Мой стимул – идеально выглядеть в свадебном платье на фотографиях. А у тебя какой?

– А у меня, может, носить такие же облегающие платья, как теперь носишь ты… – рассматривая меня, Дарина поднимает большой палец правой руки вверх.

– Слабенький стимул… – улыбаюсь подруге, направляясь с подносом к свободному столику. Кулакова следует за мной. – К тому же, с такой мотивацией ты будешь меня часто проклинать. Не хотелось бы…

– Ой да ладно!

Как только мы усаживаемся поудобнее, я замечаю, что в кафе заходит Константин Станиславович, и направляется в конец очереди.

– О, Сонь, а ты видела, что Симанович кольцо снял? Я сама – нет, мне Элла Львовна из бухгалтерии сказала. Она, кажется, на него всерьёз глаз положила. Ну ещё бы! Ей сорокет через пару лет маячит, а замуж так и не вышла, бедняга… И детей нет… Она всё личное дело Константина Станиславовича у кадровички уже вдоль и поперёк изучила. Он же сам такой скрытный, ничего о себе толком не рассказывает. А Элла сразу всем разболтала, как только Симанович порог офиса переступил, что, девочки, расходимся, он давно уже женат, счастлив, и дочь у него взрослая – в универе учится…

– Нет, не видела, – слегка раздраженно прерываю взбудораженную Кулакову, принимая как можно более незаинтересованный вид.

Хотя украдкой наблюдаю за тем, как Константин Станиславович двигается в очереди, о чем-то переговариваясь с нашим офисным водителем.

Меня сердит то, что врать в мелочах мне в последнее время приходится часто.