По ту сторону от тебя

Можешь не бояться, – его твёрдый и уверенный голос снова зазвучал в темноте. – Мне больше нравится тебя защищать и оберегать.

– Именно я доставила всем массу неприятностей. А ты говоришь обо мне, как о драгоценной вазе или о каком-нибудь хрупком предмете, – слышать комплименты или похвалу было так приятно, как никогда раньше, но в глубине души ещё поднимались привычные нотки возражения: – Я не вымирающий вид.

– Тут ты ошибаешься! Поверь мне, я давно наблюдаю за всем происходящим и вижу людей, подобных которым нет, наверное, во всём мире.

Ты – идеал, мой идеал, – твёрдо подтвердил он тоном, отвергающим любые возражения. – К тому же, у меня есть масса причин, чтобы быть полностью уверенным в этом.

– Каких? – любопытство брало верх, отодвигая на задний план осторожность и здравый рассудок.

– Каждый человек ищет себе спутника жизни с определёнными качествами: кто-то ценит ум, кто-то – красоту, одни ждут преданности, другие – приспособленности к жизни. А ещё у вас есть такое изречение, что для любящего человека – человек любимый будет идеальным, особенным, единственным и неповторимым.

Девушка впервые собралась с силами, чтобы хоть краем глаза рассмотреть собеседника, пока он говорил.

Юноша был темноволосым, скорее всего, с такими же тёмными глазами. Черты лица определить было сложно, так как он сидел теперь довольно далеко, и казался немного… призрачным. В темноте уже невозможно было увидеть порой самые простые и привычные вещи, даже несмотря на слабые попытки луны вырваться из объятий облаков и озарить округу.

К тому же от стресса или от усталости, девушке показалось, что призрак сейчас выглядел более «прозрачным», чем тогда, когда он только появился рядом. А это уже подвергало огромному сомнению её внутреннее восприятие.

Одет… в джинсы и рубашку таких же тёмных цветов. О телосложении вообще судить было сложно, так как он сидел.

Но вдруг юноша поднялся и отошёл немного вперёд.

– Ты уже уходишь?

– Нет. Просто помогаю тебе определить рост, структуру тела и вес.

Лицо девушки залилось румянцем, к её счастью, увидеть это в темноте было нереально. Только сердце забилось быстрее, нарушая тишину.

– Ты опять читаешь мои мысли?

– Да, – без тени смущения прошептал он. – Сейчас они видны как на ладони.

– Это нечестно, – разозлилась Мия, прищурив глаза от возмущения.

– Почему? – голос его звучал спокойно.

– Ты заставляешь меня… смущаться, стесняться.