Град темных вод

Причем украшений с меньшими значениями изменение не коснулось, так что среди советов новичкам был и такой: «Соберите несколько комплектов ювелирки на двадцатый-тридцатый уровень с сопротивлениями разным школам магии, и меняйте их под ситуацию; выжать больше, чем пятьдесят процентов, весьма сложно». Высокоуровневые украшения же после фикса могли сочетать два и более видов устойчивости.

Одним из аргументов, склонивших в свое время Хэйт к выбору класса «адепт тьмы», было наличие ауры стихий, открываемой на пятидесятом уровне; у адептов света баффа с аналогичным эффектом не было.

На максимальном, пятом уровне, умение давало дополнительных десять процентов устойчивости – к четырем стихиям. Устойчивости к свету и тьме, насколько знала девушка, в игре не было – для игроков, монстры «живут» по иным законам.

Как правило, мини-боссы и боссы применяли магию одной, реже – двух стихий. Изредка попадались чистые «физики». Наибольшей разрушительной силой обладали именно магические удары – следовательно, если есть возможность их ослабить, ею (возможностью) стоило воспользоваться.

Корпорацией также было заявлено, что «потолок» устойчивости к любой из стихий ограничен показателем в девяносто процентов. То есть, совсем не получать урона не получится, как бы игрок не старался. Раньше Хэйт не «въезжала», как из пятидесяти (от бижутерии) и десяти (от ауры) можно получить девяносто процентов (или каким надо быть мажором, чтобы увешивать персонажа «мифами»). Теперь реалистичные числа стали ближе сходиться с заявленными.

Еще интереснее было игнорирование, работающее в обход формул расчета урона: срабатывая, оно «гасило» урон полностью. Или же отклоняло умение, если это был дебафф, не наносящий прямого урона. Причем – независимо от разницы в уровнях и характеристиках противников!

– Чит. Узаконенный, – почему-то шепотом выдала Хэйт. – А за такое можно и пострадать.

Апатичная ко всему Бестия молча указала на проход, ведущий к ледяному залу.

Адептка с решимостью во взгляде повиновалась.

Третье «посещение» ледяного зала не дало ничего. Кроме боли и смерти, конечно же. Четвертое повысило выносливость. Пятое – стойкость.

Хэйт, искренне убежденная в том, что стойкость «мирным» путем поднимать невозможно, поразилась до глубины души. Потом поразилась тому, что еще способна поражаться – после всего испытанного.

– Тариша, в вашем издевательском меню передышки не включены? – спросила квартеронка, вымотанная так, что хоть язык на плечо складывай.