Эскадра его высочества

Примерно в полумиле от пляжа над верхушками деревьев показались мачты. Ветер доносил хлопанье парусов, крики матросов, облепивших реи. Разворачиваясь, корабль на несколько минут показался из-за лесистого острова, но потом вошел в бухточку и вновь скрылся, оставив над деревьями только стеньги.

– Вот это да, – изумленно сказал Ждан. – Знаете, что это было за судно?

– И что это было за судно? – лениво поинтересовался Бурхан.

– «Поларштерн», господа. Разрази меня гром – «Поларштерн»! Яхта самого курфюрста.

– Ну да, – сказал Кэйр. – Ты уверен?

– Обижаешь, судья. Я с закрытыми глазами могу нарисовать чертеж этого роскошного корабля.

– Еще один сюрпри-из…

– Ну и что? – пожал плечами Бурхан. – Курфюрст тоже имеет право на маленький пикничок. Монаршая работа – она, знаете, какая? Тяже-о-лая. Ох!

Бурхан зевнул и повернулся на бок, собираясь еще разок как следует вздремнуть на свежем воздухе. Только спать в тот день никому уже не пришлось. Внезапно в шаге от полотенца эфенди в песок вонзилась самая настоящая боевая стрела.

Длинная, черная, с черным же пером на конце.

Бурхан подскочил.

– Что… что за провокация?

– Где? – спросил Ждан.

– Да вот, рядом с моей пяткой! Ашшауз саксаул…

Франц взял стрелу, и его брови поползли вверх.

– Это мало походит на стрелу Амура, – авторитетно сказал он.

– Да уж…

Господин Кирш нахмурился и двинулся в сторону кирпичного забора. Нежданный подарок мог прилететь только оттуда.

– Гершафтен! – строго крикнул Франц.

 – Дас ист плохие штюки!

За оградой завозились. В воротах открылась калитка. Из нее вдруг белым мотыльком выпорхнула девушка.

Пробежав с десяток шагов, она увидела Франца и в крайнем удивлении остановилась.

– Оп! – сказал Бурхан.

Франц же не смог вымолвить ни слова. Вероятно, ожидал появления либо сорванца в штанишках на помочах, либо, на худой конец, усатого дяди из спецподразделения по борьбе с ящерами, а тут вдруг эдакое легконогое чудо…

Так они и замерли – Франц со стрелой, и девушка, поднявшая руку, чтобы эту стрелу забрать, но, похоже, забывшая о своем намерении.

Оба высокие, статные, белокурые, в самом расцвете сил и молодости. Не отрываясь, смотрели они друг на друга. Секунду, вторую, третью. Потом их щеки одновременно начали наливаться краской.

– И что за шум? – осведомился Ждан, отрываясь от созерцания стройных мачт «Поларштерна». – Что за вопли?

– Моменто мори, – пробормотал Кэйр.