Эпсилон Эридана

 – Заправочные магистрали не отведены. Скорее всего, взорвалось метастабильное топливо в баках. Уже после катастрофы. Если бы в диспетчерской сохранился хотя бы один исправный компьютер, он бы этого не допустил!

– Безусловно. А вот с третьей позиции старт действительно состоялся. Видите следы выхлопа?

– Какой ужас! Там разбросаны детские игрушки!

– Трупов нет, – хладнокровно заметил Мбойе. – Они успели вывезти детей. Человек сто семьдесят, либо немногим меньше.

– Куда?

Вопрос повис в воздухе. Время ответов еще не настало.

Их, впрочем, никто пока и не искал, поскольку невероятная информация поглощала все внимание.

Флигер медленно пролетел над зданием вокзала, окруженным импровизированными баррикадами из перевернутых машин, и направился в сторону побережья. Там находилась Троя, главный город Кампанеллы.

* * *

Дорога, ведущая к столице, являла картину по какому-то волшебству остановленного бегства. Панического, безумного. Все подъезды к космопорту заполняло море покинутых машин. Спортивных, семейных, полицейских.

Между разноцветных крыш там и сям возвышались громоздкие автобусы, трейлеры, крытые грузовики с прицепами. У пересечения дорог лежал винтолет скорой помощи, а сам перекресток напоминал настоящее автомобильное кладбище.

В части из разбитых машин сильная оптика помогла различить останки людей. Одни из них, по-видимому, погибли сразу, при столкновениях, другие смогли выбраться наружу. Скорчившись, они лежали вдоль обочин. Помощь им оказывать либо не захотели, либо не успели.

В застывших потоках транспортных средств чернели многочисленные пожарища. А на холме, между радиолокационных антенн станции наведения космических кораблей, застряла наполовину расплавленная боевая машина.

– О! Планетный танк типа «Репейник», – определил Рональд Пеккола. – Вернее, то, что от него осталось.

– Откуда он здесь? – спросил Мбойе.

– По-видимому, хранился в каком-то из складов космопорта для дальних экспедиций. На позицию его выводили в спешке.

– Сам взорвался? – спросила Маша.

– Ни в коем случае. Танки сами по себе взрываться перестали очень давно. А этот еще успел дать очередь. Видишь воронки?

– Где?

– В направлении оврага. Странно, что он успел выпустить лишь пять-шесть снарядов. «Репейник» до сих пор считается машиной весьма скорострельной.

– Что это значит?

– Это значит, что расправились с ним практически мгновенно. И с первой попытки.

– Чем он уничтожен?

– Сгустком плазмы. Чем-то вроде шаровой молнии.