Атради

Ллэр хмыкнул, выпрямился, не спеша и не поднимая брызг, пошёл в её сторону. По всей видимости, вода ему неудобств не доставляла.

– Так как ты тут очутилась?

– Тебе всё в подробностях или кратким пересказом?

– Всё.

– Любознательный какой, – Мира раздражённо закатила глаза. – Обойдёшься. Могу коротко о главном. Сначала твой зеленоглазый друг, о котором ты забыл меня предупредить, выдернул меня из ванной на какую-то поляну. Потом туда явилась тв… Роми. Вся такая из себя… в общем, чокнутая стерва. Потом… – она осеклась.

Про собственную истерику рассказывать не хотелось. – Твоя бывшая перенесла нас сюда и попыталась утонуть в этой луже, но не вышло. Потом она меня чуть не убила. А потом они исчезли. Воооон… – Мира махнула рукой на прибрежные скалы, – там стояли, Адан её душил, а теперь не стоят.

Ллэр бросил туда лишь беглый, хмурый взгляд, продолжая приближаться. Остановился, только когда между ними осталось не больше двух шагов.

– Он не мой друг. И предупреждать тебя я не обязан.

Ну правильно.

Обиду теперь будем вымешивать на ней. За этим и явился. Глупо, конечно, рассчитывать на мягкое заискивание, как с Аданом, и всё же. С рыжей своей, наверное, Ллэр разговаривает иначе. И голос другой, и взгляд. Да она и сама видела, как он чуть с ума не сошёл от беспокойства.

Мира демонстративно отвернулась.

– Проваливай, откуда явился.

– Ты не настолько смелая, как пытаешься изобразить.

– Тебе-то что?

Повисло молчание.

– Слушай, я не буду разговаривать с твоей спиной, – тихо проговорил Ллэр.

– Уже разговариваешь. – Теперь пусть хоть убивает. И ведь не убьёт, раз нужна ему живой.

Хлюпнула вода, Ллэр грубо развернул Миру к себе, сильно сжал за плечи.

– Тебе не надо меня бояться. Я не убью и даже не покалечу. Но настроение испортить могу. Сильно. Это не угроза. Это предупреждение.

– Да пошёл ты!

Его пальцы сжали плечи сильнее.

– А ведь всё равно боишься.

– Тебе карту нарисовать?

Самообладанию Ллэра можно было позавидовать. Она бы на его месте уже давно въехала по физиономии, а потом, схватив за шкирятник, окунула башкой в воду и не давала дышать столько, сколько нужно, чтобы раз и навсегда научить держать язык за зубами.

Сделала бы, не задумываясь о последствиях, и получила бы удовольствие. Ведь даже сейчас, стоя по пояс в вязкой луже, Мире очень сильно хотелось ему врезать. За что? Сама не знала. Может, чтобы доказать, что несмотря на страх не желает подчиняться и признавать очевидное – она слабее.