Люди и Ящеры

К своим обязанностям конвоира и телохранителя ящер относился без энтузиазма, но исполнял их с обычным для своих соплеменников тщанием. Странные привычки Мартина принимал как должное, без осуждения, чего еще, мол, ожидать от мягкотелого, но все, что в поведении пленника соответствовало местному кодексу воина, встречало его молчаливое одобрение. И это одобрение дикаря, как ни странно, многое значило для бывшего пилота межзвездного лайнера. Мартин восхищался не столько боевыми доблестями Хзюки, сколько его врожденным педагогическим талантом.

Чего доброго, еще годик-два под присмотром такого воспитателя, и сделаешься примером для юных рептилий. Эдаким ходячим наглядным пособием, на которое взрослые ящеры будут указывать когтем, приговаривая: вот, полюбуйся, даже мягкотелый умеет это делать, а ты что же? Под обидное кваканье молодых схаюшек…

* * *

Первый ррогу появился уже на исходе дня. Недремлющий Хзюка тихо свистнул. Потом распластался на спине шусса и прикрыл голову заранее приготовленными папоротниками, чтоб шлем не блестел.

Мартин послушно проделал все то же самое.

Зверь вышел из-за холма. Маленькими передними лапами он вырвал из груди стрелу, рыкнул, настороженно огляделся и двинулся к озеру. Ррогу был не слишком крупным, лет восьми-девяти. Подойдя к воде, он еще раз оглянулся и, шумно сопя, принялся пить. Жабокряк при этом благоразумно занырнул.

Ветерок дул со стороны озера, и зверь не мог почуять запаха охотников. Момент складывался удачно. Хзюка поднял своего шусса и тихим шагом направил его в обход, стараясь оказаться за спиной чудища.

Мартин оставался на месте, он знал свою роль.

Зверь был молод, неопытен, к тому же очень хотел пить. Поэтому охотник сумел подобраться почти к его хвосту, когда он вдруг подпрыгнул и обернулся. По быстрому движению плеч Мартин догадался, что Хзюка выстрелил. Монстр взревел, ударом страшного бревнообразного хвоста выкосил папоротники. Но Хзюка был настороже, быстро отпрянул и бросился наутек.

Начался обычный охотничий танец – хищник тяжело кидался за вертким шуссом, скачущим ломаной линией. Болтаясь в седле, Хзюка время от времени оборачивался и даже умудрялся стрелять, стараясь вогнать в массивную тушу как можно больше стрел. Завалить ррогу одним выстрелом невозможно, слишком уж он огромен, живуч и толстокож, требуются десятки удачных попаданий.

Многоопытный Хзюка кружил так, что постепенно приближался к месту, где прятался Мартин.