Искупление кровью

Девяносто дней карцера за год. Благодаря ей, Франсуазе. Месяц за месяцем она преследует одну цель: укротить Марианну. Сломить ее, уничтожить. Преследования, бесконечные досмотры. Она часами стоит нагишом, выпятив зад. Все, чтобы унизить ее. Каждодневные придирки, на первый взгляд незаметные, которые накапливаются неделя за неделей. Оскорбления, взгляды. Зажигающийся ночью свет. Иногда каждые десять минут. Просто чтобы не дать ей спать. Чтобы свести с ума.

Она неглупа, Франсуаза. Никто не подозревает о том, как она истязает заключенных.

Она умеет манипулировать людьми, ее любит начальство и уважают подобные ей.

Стоит прекрасная погода. Ярко светит солнце. Не зря Виржини хотела подставить свою кожу под его лучи. Прекрасный день для того, чтобы все это прекратить. Освободиться. Забыть обо всем, рискнуть. Не думать о последствиях.

– Весь год ты доставала меня, гадина… И на этот раз достала…

Виржини пытается удержать ее, заставить отступиться. Даже не узнает свою подругу. Марианна отталкивает ее, та валится с ног.

Наступает на Франсуазу, которая продолжает пятиться. Зовет на помощь. Марианна хватает ее за грудки, наносит мощный удар головой. Такой, что и у барана треснет башка. Потом все происходит мгновенно.

Отыграться за все, что она заставила испытать. Убить ее. За все пакости. За месяцы ежедневных мучений.

Франсуаза валится на землю, под ноги Марианне, из носа фонтаном хлещет гемоглобин.

Она, Франсуаза, думала, что у нее есть власть. Она ошибалась.

Нет у нее такой власти, как у Марианны. Которой нечего терять.

Марианна поднимает ее, швыряет о стену. Затылок разбит. Заключенные присутствуют при казни безмолвно, не шевелясь: как долго они надеялись, что кто-нибудь когда-нибудь предъявит счет, пожертвует собой, чтобы избавить их всех от истязательницы; будет настолько безумен, чтобы совершить непоправимое.

Подкрепление запаздывает, Франсуаза пытается защититься. Разбивает фаланги пальцев о бетонный блок. Несгибаемый, нечувствительный к боли.

Марианны уже нет. В нее вселился монстр, занял ее место. Она бьет по лицу. Только по лицу. Будто хочет уничтожить его, стереть. Охранница держится на ногах единственно потому, что Марианна не дает ей упасть. Марианна, которая чувствует, как ломаются кости, как под сокрушительными ударами один за другим поддаются зубы. Как ноют и кровоточат ее собственные пальцы.

Ну вот, кавалерия прискакала. Но Марианна успевает закончить начатое.