Искупление кровью

Марианна схватила ее за горло, прижав к перегородке:

– Тебе есть что сказать, паскуда? Ты спишь здесь и держишь пасть на замке. Иначе порву. Ясно?

Мадам Фантом кивнула. Марианна выпустила добычу.

– Мой тебе совет: больше меня не буди. Или ты труп.

Она пошла назад, прихватив по дороге сигарету, которой спокойно насладилась в своей койке. Закрыла глаза, торжествуя победу. Полную победу.

Вот только мертвенно-бледное лицо Эмманюэль запечатлелось в душе, даже в снах преследуя Марианну.

Среда, 25 мая, 6:00

Перед глазами сырой и серый рассвет.

Дождь, пока она спала, прошел, но ветер нес на себе его отпечаток: память о запахе, сильном и сладком. Посреди преисподней такие мелочи, малозаметные, приобретают чрезвычайное, даже чрезмерное значение.

Сидя на койке, Марианна растягивалась – методично, не забывая ни единую группу мышц. Приступ кашля сотряс ее. Смолы и никотин поднимаются на поверхность, легкие бунтуют, принимая вертикальное положение. Марианна протянула руку за пачкой «кэмел», лежавшей на столе.

Поморщилась, вспомнив кошмарный сон, который ей приснился ночью. Ей пригрезилось, что…

Брошенный пакет попался на глаза. Марианна поперхнулась дымом. Новый приступ кашля. Она здесь не одна… Мадам Фантом! Неудержимый гнев заполнил каждую клеточку тела, от макушки до пяток. Нет, не какой-то там безобидный сон: другая – здесь, в ее, Марианны, собственной камере! Будто опасный паразит завелся в доме. Быстро, словно фильм в ускоренном показе, она прокрутила события, и к горлу подступила тошнота.

Но кто тошнотворней: насекомое или тот, кто давит его, просто наступая пяткой? Не важно. Она толкнула створку и обнаружила сокамерницу свернувшейся клубочком возле унитаза. Окоченевшей от холода, с глазами, опухшими после целой ночи слез.

– Убирайся, нужно поссать! – пролаяла Марианна.

Эмманюэль с трудом поднялась, опираясь о горшок, и мигом исчезла. Марианна задержалась у зеркала, оглядела себя, как делала каждое утро. Наконец решила сократить очную ставку и уселась на унитаз.

Вот только ничего не получалось. Та, другая, за перегородкой. Можно услышать ее шаги, даже увидеть, как она подходит. Как пописаешь в подобных условиях. А ведь надо, и даже очень. Холодный пот выступил по всему телу, Марианну охватила дрожь. Через несколько долгих минут ей удалось расслабиться и опорожнить мочевой пузырь, причем ходячий труп наверняка приник ухом к перегородке и ловит каждый звук.

Когда Марианна вышла, Эмманюэль уже взобралась на койку.