Искупление кровью

Стукнулась затылком о металл, боль пронизала все тело, до самых пят.

– Прекрати немедленно! – Даниэль был вне себя. – Ты достала меня, Марианна! Понимаешь?.. Я сыт по горло твоим бредом! И сейчас же перестань плакать!

Даниэль отпустил ее, и она медленно опустилась обратно на пол. Просунула сквозь решетку пальцы.

– Почему ты так злишься?

Да, почему? Это свидание наедине становилось для него невыносимым. Он умирал от желания заключить ее в объятия, эта борьба с собой была сущей мукой. Уж лучше снова подраться с ней, чем уступить чему-то такому, что его пугало.

– Ты осточертела мне! Я тебе не друг, мне не платят за то, чтобы ты мне изливала душу! Я пришел только затем, чтобы проводить тебя наверх, в камеру! И мы давно уже должны быть там!

Обиженная. Отвергнутая. Кто бы сомневался, что он быстро покажет свое истинное лицо! Разочарует ее в очередной раз. Они все здесь не для того, чтобы ей помочь. Только для того, чтобы держать в заточении.

Глухое бешенство овладело ею.

Показались слезы, еще более горькие.

– Ты сволочь!

– Только сейчас дошло? – отозвался Даниэль с жестокой улыбкой. – Я пользуюсь тобой почти год, а ты только нынче уразумела?!

Она схватилась за прутья решетки. Вот бы вырвать один, вонзить ему в сердце. Только у него нет сердца.

– У тебя с головой не в порядке! – добавил он. – Что ты себе вообразила, а? Что я сочувствую твоей горькой участи?

Она сейчас набросится, он был в этом уверен и был готов. Он ее укротит, наденет наручники и наконец-то избавится от нее, заперев в ее собственной камере.

Выполнит свою работу. Все, что угодно, только не выдать своих истинных чувств.

Но Марианна всего лишь расплакалась снова, уставившись на свои босые закоченевшие ноги. Она тоже ожидала, что Даниэль ударит ее. Она всегда ожидала худшего. Она здесь ради расплаты. И этому нет конца.

Перед лицом этих новых слез Даниэль почувствовал, как тает его последнее сопротивление, разрушается крайняя линия обороны.

Он перепрыгнул через барьер, он уже по ту сторону. Опасную, неправильную. Когда он обхватил ее лицо руками, Марианна стала вырываться:

– Не трогай меня! Ты ничего не принес, так и не трогай…

Вот в чем дело! Он вдруг успокоился, потому что между ног засвербело. И подумал, что она снова пойдет навстречу его желаниям. Мужики все одинаковые! Только об этом и думают, ни о чем другом! Уж я-то должна была знать!

Даниэль не понимал.