Каждый час ранит, последний убивает

– Ах ты, хитрая тварь… Открывай!

Я ничего не отвечаю, я не способна произнести ни слова.

– Открывай, черт возьми! Это мой дом!

Он наседает, пробует еще раз, и я вижу, что стул шатается.

– Войду, тебе конец! – предупреждает он.

Я вжимаюсь в стену, сердце стучит, как сумасшедшее. Стул не выдерживает, дверь распахивается. Я снова ору, ору изо всех сил.

Секунда, и Шарандон склоняется надо мной. Дает мне кулаком в лицо, я бьюсь головой о стену.

– Заткнись!

Он продолжает меня избивать, я еще могу кричать.

– Ты плохой, папа…

Шарандон прекращает меня бить и оборачивается; в постирочную вошел Вадим, у него в руках его любимая мягкая игрушка. Он начинает рыдать, когда видит на моем лице кровь. Появляется Сефана и смотрит на мужа взглядом, который мне не забыть никогда. Я скорчиваюсь на матрасе и тоже начинаю плакать. Шарандон побежден, он отталкивает жену и исчезает. Сефана берет Вадима на руки. В ее глазах ярость. Она хлопает дверью, и я остаюсь одна со своей болью.

В эту ночь я знаю, что не усну. Потому что скоро Шарандон отомстит мне за это оскорбление. Может быть, уже завтра. И Сефана не сможет ему помешать. Никто не сможет.

36

Когда Габриэль вошел в комнату, был уже почти вечер. Как только девушка его увидела, то сразу вжалась в кровать.

Он подошел, держа в руках небольшой поднос, и несколько секунд пристально на нее смотрел.

– Голодна?

Она не ответила, не двинулась с места. Он поставил поднос рядом с ней, вытащил из кармана ключ от наручников и отстегнул ее запястье.

Она взглянула на подношение. Чашка чая, печенье и яблоко. Она не пошевелилась.

– Ты должна поесть. Иначе рискуешь умереть.

Он сказал это с улыбкой, в которой было что-то жестокое.

– Еда не отравлена. Можешь не бояться.

Она сконцентрировалась и попробовала произнести:

– Вы… ме… ня…

Слова разваливались, слоги перемешивались. Она не могла нормально говорить и снова замолчала.

– Как тебя зовут? – спросил Габриэль.

Она поднесла руку к виску.

– Какое сегодня число?

Она чуть покачала головой.

– Сотрясение мозга, – заключил Габриэль.

Он вышел из комнаты, оставив дверь приоткрытой. Она подумала, что сейчас самое время бежать. Но для этого надо было найти силы и встать с кровати. Когда она попыталась сесть на край постели, ее замутило. Она сжала руками голову и закрыла глаза.