Те, кто старше нас

Хочу пригласить вас на прогулку. Не возражаете?

Я растерялся.

– Еще и спрашивают…

– Чур, за вулканы не прятаться, – предупредил Абдид. – Серж, ты видел свою кардиограмму? Вчера на тебе будто черт скакал.

– Не все сердечные дела находятся в компетенции страховых компаний, дружище, – легкомысленно сказал я.

Не знаю почему, но рассказывать о вчерашнем мне не хотелось. Наверное, голова все еще не была в порядке.

– Ну-ну, компетентный ты наш, – проворчал Абдид.

* * *

Это правда, что жизнь ценна пустяками.

Простая вроде бы радость – помочь женщине надеть скафандр, но от абстрактных мыслей отвлекает замечательно. Мысли становятся конкретными до ужаса.

Мод поежилась.

– Не смотрите на меня так.

– А как смотреть?

– Как на товарища по быту.

– Эх! Неужели вы думаете, что это возможно?

– Серж, не дурачьтесь. Вы еще не застегнуты, а за бортом вакуум, между прочим. Глубокий такой.

– Зато вы застегнуты за двоих, – игриво заметил я.

Мод так глянула на меня снизу, что я стал смотреть вверх.

Ух, глазищи! В восторге я поднял лапки и понял, что буду делать это постоянно, если у нас что-то получится. Есть женщины, которые каждую секунду знают, чего не хотят. С ними увлекательно играть в угадалки. Сплошное удовольствие.

* * *

Мы взяли открытый вездеход и покатались по окрестностям. Мод лихачила, заставляя машину прыгать через трещины, на изрядной скорости носилась между скалами и воронками, взлетала по крутым склонам, скатывалась в долины.

Поглощение пространства явно доставляло ей радость, и она вела себя как школьница, сбежавшая с уроков.

Такие реакции бывают у людей, вынужденных долго подавлять природный темперамент, доложу я вам. Важный штрих к портрету, стоило запомнить. Темперамент – украшение характера. И услада ночи.

На обратном пути вездеход подрулил к знакомому мне вулкану. Машина неожиданно затормозила.

– Серж, что же здесь случилось вчера?

– Так, померещилось.

– На вершине?

– Да.

Мод оперлась о руль и повернулась.

– Любопытная гора.

Поднимемся?

В моем желудке возник холодок.

– Зачем? – небрежно спросил я.

– Туда еще не ступала нога человека. Смешно?

– Нет, это естественно. Эйнштейн говорил, что ощущение тайны – самое великое из чувств. И тот, кто не способен к нему, подобен мертвому, глаза его закрыты.

– Подобен мертвому, – повторила Мод. – Сильно сказано. Что ж, сегодня можно.

– Можно что?

– Подняться.

* * *

Не дожидаясь меня, она прыгнула из кабины.