Те, кто старше нас

– Разве можно? – удивилась Мод.

– Отчего же? Раз другого нельзя.

– Сейчас пройдет, – мягко сказала она.

И прошло, еще как прошло. Будто из стиральной машины вынули. Только вот ночь на Рождество провел я отвратительно. Под утро дошло до постыдного. До галлюцинаций.

* * *

Сначала из коридора слышался стукоток. Потом начались стоны, причитания, жалобный голос кого-то звал. Я ворочался-ворочался, наконец догадался выключить внешний микрофон.

Галлюцинации сразу исчезли, но меня разобрало любопытство.

Я покинул постель и вышел.

За дверью обнаружился Круклис. В полной красе. В одних белых носках то есть.

– Тоже не спишь? – облегченно спросил он.

Я не ответил, потому что не знал, что ответить. Круклис посмотрел на меня с непонятной надеждой.

– Серж, к тебе забегали?

– Кто?

– Зяблики.

– Зяблики?

– Кто же еще. Галлюцинациями не страдаешь?

Я с трудом сохранил невозмутимость.

– Спасибо, нет.

– Точно?

– Слушай, ты почему именно в носках? – тактично спросил я.

– Чтоб не услыхали.

– Кто?

– Да зяблики, черт побери! Туповат же ты спросонок.

Что правда, то правда. Можно было догадаться с первых слов, хоть зяблики и не крокодильчики.

– Парамоша, давай я тебя провожу.

– Шутишь, брат. Я так их ждал.

– Зябликов?

Круклис развеселился.

– О! Мысль забурлила.

Мысль таки да, заметалась. Не имея возможности побриться и почистить зубы, она принялась искать выход.

– К чему спешка, Парамон? Отыщутся твои зяблики. Куда они денутся, если они есть? Совершенно спокойно можно и поспать.

– Ты чудак или притворяешься? – недоуменно спросил Круклис.

– Ни то, ни другое.

– А что?

– Я инвалидизирован материализмом.

– Ты так думаешь? – заинтересовался Круклис.

– Нет, но ты так считаешь.

Круклис покивал.

– Хе-хе, цитируют.

– Угадал?

– Да, похоже. На меня раннего. Улавливаешь?

– Что?

– То, что теперь я поздний.

– А-а.

Зная Парамоново упрямство, я больше не надеялся его увести.

Но и роботов вызывать не хотелось. Как-то неловко перед механизмами. Нечего им наблюдать гримасы творцов. Превратное может получиться представление. Ни к чему это.

Оставалось одно, но надежное средство – споить бедолагу окончательно.

* * *

Да и сам я был не прочь в ту ночь. Ночь выдавалась с весьма очевидной сумасшедшинкой.

– Заходи, Парамон.

– Зачем? – спросил неонудист.

– Чуток поболтаем.

– О чем?

– Ну… Об искусстве.

– Серж, извини.