Парк развлечений

 – Неужели нельзя потерпеть и сохранить тайну хотя бы еще одну неделю?

Джош пытался убедить себя, что это слишком долго и он должен немедленно доложить начальству о своей находке. Он выпрямился на стуле, решив поступить так, как ему велит долг, но Саванна вдруг сделала то, чего он никак не ожидал. Она накрыла его руку своей ладонью.

– Прошу тебя, Джош, дай мне неделю. В следующую пятницу призрак Шелли появится в последний раз, а затем ты можешь рассказывать о тоннелях кому хочешь.

От ее ладони исходил лихорадочный жар, и, глядя в темные глубины ее глаз, он на мгновение забыл обо всем.

С трудом избавившись от наваждения, он отдернул руку. Чувство долга боролось в нем с желанием сделать для нее что-нибудь хорошее и загладить свою вину, когда два года назад он предпочел забыть о справедливости ради работы.

Он отпил еще немного чаю и встал. Ему необходимо все обдумать, а сейчас он был просто не в состоянии мыслить разумно.

– Кажется, ты работаешь сегодня в ночную смену? – Джош направился к двери.

– С одиннадцати до семи, – ответила она. – А что?

– Мне надо все обдумать. Сегодня я никому ничего не скажу, а вечером заеду в отель и сообщу тебе о своем решении.

– Тогда до вечера, – кивнула она.

Он вышел из дома и направился к машине. Это была не патрульная машина, а красный спортивный автомобиль с откидным верхом, который большинство женщин считали мужской игрушкой.

Он купил машину год назад, и в тот день, когда подписывал документы на собственность, все его мысли были о брате-близнеце, Джейкобе.

В детстве братья мечтали о такой машине… яркой и быстрой, совсем не похожей на развалюху их родителей, которые тряслись над старой машиной, потому что у них не было денег на новую.

Направляясь к своему дому, он думал о тоннелях. Это открытие потрясло его до глубины души. Неужели их действительно вырыли пираты, которые, по слухам, создали в Затерянной Лагуне свой основной лагерь? Возможно, в одном из тоннелей спрятаны сокровища.

Джош понимал, что гораздо проще и приятнее размышлять о тоннелях, чем о женщине, от которой он только что уехал. И все же мысли о Саванне не давали ему покоя. Ему всегда казалось, что она симпатичнее сестры. Саванна казалась нежнее и мягче и гораздо застенчивее Шелли.

Когда она улыбалась, улыбка озаряла ее лицо волшебным светом.