Последний шанс

С каждым ударом завожусь сильнее, кричу, ерзаю, сжимаюсь, трясусь, когда ощущаю его ладони на попе, которые мучают, растираю, сжигают, но не касаются центра.

– Мой Мир, – тянет мое имя своим бархатным голосом.

Оказываюсь на спине, зажатая между кроватью и горячим телом моего мужчины.

– Я сниму их, малышка, сначала один, – заменяет зажим своим ртом.

Запускаю пальцы в его волосы, прижимая к груди. Затем второй.

– Войди, пожалуйста, – плачу, не могу терпеть, тело ломит, болит, хочет его.

– Да, да, да, – кивает, грубо разводит мои ноги, прижимая колени к кровати и врывается. Жесткий, горячий, большой, хватает, кусает, любит, заставляет кончать раз за разом, теряться в нем.

– Любовь моя, – плачу целуя его грудь, губы.

– Да, моя девочка, – тяжело дышит, все еще находясь сверху, – Ты сводишь меня с ума, с катушек слетаю, – шепчет, отвечает на поцелуи.

– Я люблю тебя, – ловлю его губы.

– И я тебя, моя девочка, и я, – перекатывается на спину, укладывая меня на себя.

Дышу им, хочу сказать, что готова хоть завтра взять его фамилию, потому что всецело принадлежу ему, не знаю смогла бы я быть без него?

Удивительно, но нашего парня не слышно, наверно он чувствуют, что нам необходимо побыть наедине, поговорить о чувствах, помолчать о потерях. В конце концов просто чувствовать друг друга.

Глава 2

Единственное, что я не люблю – возвращаться в Милан. Это означает полностью приземлиться, нырнуть в гущу повседневных событий, забыть про горячий секс и любимого мужчину.

В Милане он становится бизнесменом, его не волнует ничего кроме сделок, контрактов, денег, власти, гребанной политики. Здесь приходится снимать розовые очки и учиться жить после потери, воспринимая ее как должное. Город давит на меня, жизнь “до” давит, напоминает. Отсутствие Горы доводит до отчаяния. Не люблю оставаться один на один с мыслями, которые так сложно вытеснить из головы прогулками с собакой, подготовкой к показам нашей с Яром коллекции. Каждый раз приземляясь я даю себе обещание жить здесь как в любом другом месте и каждый раз проваливаю это задание.

– Амиран, я волнуюсь, – намертво вцепилась в черный свитер мужа, пока мы поднимаемся в маленьком лифте на четвертый этаж.

– Мой Мир, – улыбается, – Чего ты боишься? Он же не съест тебя? Он у нас мясо не сильно любит, – прижимает меня к себе, теребя ремешок на моей кожаной куртке.