Последний шанс

Мечта провести выходные с маленьким парнем, разбирая его покупки ворвалась в мою голову абсолютно внезапно и завладела мной, согревая изнутри, отодвигая все дерьмо на второй план.

– Добрый вечер, – в дверях стоит грозная недовольная женщина в голубой пижаме и длинном халате, руки держит перед собой, закрыта.

– Добрый вечер, приехала за Тимуром, – пытаюсь пройти внутрь, но она преграждает мне путь, – Ну ладно Мариам, в чем дело?

– Ты приехала за моим внуком, но ему ты абсолютно чужая, – зло.

Боже, как же ей больно.

– Я не чужая ему Мариам, – стараюсь улыбнуться, но губы дрожат от напряжения.

– А то как же, мой сын не отвечает на звонки, я не отдам тебе ребенка, – смотрит прямо в глаза.

– Хм, – усмехаюсь, закусывая губу, – как быстро вы меняете лагерь. Ваш сын развлекается…– обрываю себя на полуслове.

– Это ваши проблема Мирослава, вам нужно разобраться в этом. Тебе нужно поговорить с ним и не строить из себя невинную жертву, – отчеканила она размахивая руками.

– И в чем же я по вашему виновата? – губы дрогнули, чувствую приближение слез.

– Я не говорила этого, – запинается отводит глаза, плечи уже не так напряжены.

– А то как же, вы же видеть меня не хотите после всего… – прохожу в холл, любуясь дворцом через витражные окна, вспоминая моменты здесь несколько лет назад. Сколько же мы упустили тогда?

– Мирослава, – тяжело вздыхает.

Конечно, а что на правду скажешь.

– Давай выпьем чаю, – приглашает на кухню.

– Хорошо, – прохожу усаживаясь за стол, – только я к чаю ничего не взяла, извините, – развожу руками.

– У меня все есть, – начинает суетится и передо мной появляется белая чашка с чаем, какие-то пирожные.

– Нравится Италия? – указываю на десерт.

– Да, только квартира для меня слишком большая, хочу в Москву, – карие глаза в момент становятся стеклянными.

– Мариам, все ваши дети здесь, – прячусь за чашкой вдыхая приятный запах мяты.

– Мой муж там, девочка, – вытирает слезы.

– Он бы хотел, чтобы вы были с внуками и заботились о них, – пытаюсь ее успокоить и не заплакать.

– Да, он бы сам хотел быть с ними Мирослава, – отпивает чай, шмыгая носом.

– К сожалению, – не нахожу слов утешения.

– Мы ведь столько лет вместе, почти пятьдесят, я вышла за него замуж совсем девчонкой, – вытирает слезы салфеткой.

– Мариам, у каждого свой срок, прошу не вините никого в его смерти, – ищу понимание в глазах.