Крест над Глетчером. Часть 1

Вечерние досуги свои Добланер проводил за чтением древних книг со старинной печатью, исследуя сокрытую в них мудрость и от времени до времени бормоча что-то про себя. Мариетта же работала, или сидела так, отдаваясь воспоминаниям о прошлом; незабвенный образ матери живо восставал в ее памяти.

Девушке вспоминались чудные сказки, которыми мать так умела заинтересовать ее маленькую детскую головку. Она в воображении переносилась в далекий мир, о котором так много слышала от нее, и где неведомые люди веди иную жизнь, трудовую, беспокойную, совсем не похожую на ту, которая была суждена ей.

А все же ее никуда не влекло из родной долины. Ее жизнь протекала так ровно, что перемена казалась ей совершенно невозможной. И если даже Мариетта иногда и мечтала о чем-нибудь, то это бывало обыкновенно бессознательно и не проявлялось никогда определенными желаниями. День ее слагался так: самое короткое время уходило на хлопоты по хозяйству; затем она часами сиживала на скамеечке перед домом, болтая с отцом, пока тот курил трубку, а иногда и засыпала на солнышке. Когда отец не бывал дома, Мариетта бродила по лесу и возвращалась домой с полной корзинкой отборных грибов. Случалось также и читать, сидя под деревом, или уходить в горы иногда одной, а иногда с козочкой, оставшейся после смерти матери на ее попечении.

Соседи наезжали очень редко: они все жили далеко. Когда же Мариетте случалось по большим праздникам бывать в селе, ей не было привольно там, и ее тянуло назад в свою долину, к снеговым вершинам гор.

В долгую зиму время проходило в чтении и шитье, а иногда и в размышлении. Восторженной радостью приветствовался первый прилет ласточек, который вили гнездышки на доме Добланера. С их появлением возобновлялись прогулки по знакомым милым местам. Так проходила жизнь из года в год и, как казалось Мариетте, не могла измениться пока, пока – но о далеком будущем она никогда не думала. Вот какою представилась Альфреду простая, идиллическая жизнь Мариетты отчасти с ее слов, отчасти и из собственных догадок, которыми он пополнял пробелы в ее рассказе.

Болтая со своей спутницей, он незаметно окончил эскиз, который удался как нельзя лучше. Снятый вид изображал дом Добланера на фоне зеленой лужайки с выделявшимся на ней стогом сена. Тут же возле – садик и выходившие в него из комнаты Мариетты угловое окошечко с геранью и гвоздикой, которое он срисовал особенно тщательно.