Спасительная любовь

Он по-прежнему стоял в шаге от кровати и, словно в каком-то трансе, водил глазами по комнате. Джоржина его не отвлекала, зная, что так он сосредотачивался, представляя себе картину преступления в поисках зацепки.

Она невольно подумала, мучают ли его до сих пор ночные кошмары, следит ли кто-нибудь за тем, чтобы он нормально питался? До нее не доходило слухов о том, что он с кем-то встречается, но это еще ничего не значило. У него было два года, чтобы начать новую жизнь, а это большой срок для одинокого мужчины, особенно такого деятельного, как Александр.

– Интересно, свет горел или нет? – наконец произнес он, обернувшись к ней. – Ты не помнишь, что написано в отчете? Горел свет, когда сюда приехали агенты?

Она задумчиво нахмурилась, пытаясь вспомнить.

– Не горел. Джексон крупный парень. Интересно, если их как-то одурманили, как один человек смог перетащить их бесчувственные тела вниз и затем в машину?

Александр внимательно осмотрел ковровое покрытие у кровати в том месте, где одеяла и простыни касались пола, а потом, выйдя из комнаты, окинул взглядом коридор и лестницу.

Снова повернулся к Джоржине, лоб пересекла глубокая поперечная складка.

– Не знаю.

– Может, они не были одурманены. Скажем, преступник застал их врасплох. Появился на пороге с пистолетом, прицелился в Марджори, не дал Джексону возможности схватить свой ствол.

– Может быть, – согласился Александр. – Дайка загляну в хозяйскую ванную, вдруг увижу что-нибудь. Потом можем уходить.

Он исчез в ванной, Джоржина почувствовала, как его боль и тревога за друга отозвались в ее сердце.

После дела Гилмер Александра мучили кошмары. Он впал в такую черную тоску, что она сомневалась, сможет ли он выкарабкаться. Со страхом думала, что неудача в этом деле его окончательно сломает.

– Сейчас шесть тридцать. Если хочешь, тормознем около «Нетти’c», возьмем что-нибудь поесть и обсудим все, что стало известно.

Она колебалась меньше секунды, прежде чем ответить.

– Конечно, «Нетти’c» вполне подойдет. Кроме того, если я скажу «нет», ты можешь остаться без еды и на весь вечер.

Александр натянуто улыбнулся.

– Я всегда терпеть не мог есть в одиночестве.

Этот ресторанчик давно стал излюбленным местом агентов ФБР, потому что находился всего в нескольких шагах от их работы.