Виннету. Сын вождя

Самое главное, что он себя не превозносит и остается таким, какой есть.

– Похоже, мозги свои ты совсем отморозил…

– Что? Очень дружелюбно с твоей стороны. Сейчас не время болтать. Да и речь не о тебе! Мы, кажется, говорили о гринхорне. Так вот, когда окорок будет готов, он получит лучший, самый сочный кусок. Я сам его отрежу. Он его вполне заслужил. А знаете, что я сделаю завтра?

– Что? – усмехнулся Стоун.

– Доставлю ему большую радость.

– Чем же?

– Дам ему поймать мустанга.

– Хочешь поохотиться на лошадок?

– Да, мне нужна лошадь.

И ты одолжишь мне свою на время охоты. Сегодня появились бизоны, значит завтра придут мустанги. Сдается мне, мы поедем в прерию, где позавчера проводили измерения. Там лучшее пастбище для мустангов, если они только появятся здесь…

Дальше слушать я не стал, а отошел чуть назад, продрался сквозь кусты и появился перед троицей с другой стороны. Охотники не должны были знать, что я в курсе их разговора, не предназначенного для моих ушей.

Вскоре развели костер, возле которого воткнули в землю две толстые рогатки.

На них положили крепкий прямой сук, он нам послужит вертелом. Трое вестменов насадили на него окорок, после чего Сэм взял остальную работу на себя, принявшись с усердием знатока вращать палку. Больше всего меня забавляло его по-детски радостное выражение лица.

Когда остальные вернулись в лагерь, они тут же последовали нашему примеру и разожгли костер. Однако у них все обошлось не столь мирно, как у нас. Мяса они привезли немало, но каждый стремился жарить отдельно для себя и при этом многим просто не хватило места.

В конце концов им пришлось съесть свои порции полусырыми.

Самый лучший кусок – фунта эдак на три – действительно достался мне, и я съел его целиком. Любой посчитал бы меня обжорой, хотя я всегда ел меньше других, находившихся в моем положении. Тому, кто сам не испытал подобной жизни, трудно представить, сколько мяса может или даже должен потреблять вестмен.

Во время еды вестмены живо принялись обсуждать подробности нашей охоты.

Из разговоров выяснилось, что, увидев убитых бизонов, они несколько изменили мнение обо мне и моей «глупости».

Следующим утром я почти уже взялся за работу, как вдруг заявился Сэм и сказал:

– Оставьте ваши инструменты в покое, сэр! Сегодня будет кое-что получше.

– О чем вы?

– Скоро узнаете… Седлайте жеребца – сейчас же едем!

– Прогуляться? А работа?

– Тьфу! Вы еще не натрудились? Думаю, что к обеду вернемся.