Операция «Эмин-паша». Том II. Германский конкистадор в Восточной Африке

Говорят, у него много женщин и солдат. Но кто ты и откуда ты?»

«Я немец, и меня зовут Купанда Шаро – в Европе зовут доктор Петерс. Мы прошли вдоль Таны через землю галлов и через землю масаев на плато Лейкипия. Мы победили масаев и сожгли Элбеджет. Вы увидите у нас остатки стад, которые мы отняли у них».

«Вы побили масаев? Это очень хорошо! Белые люди теперь бьют масаев. Буана Мкубуа (граф Телеки) побил людей васук на севере в прошлом году».

«Мы обязаны сражаться повсюду, так как мы не хотим платить дань, а эти люди нападают на нас.

Здесь, в Камазии у нас была перестрелка».

«Очень хорошо, но куда ты хочешь пойти?»

«Я пойду к белым людям на Ниле и, в первую очередь, в Уганду. У вас есть новости из Уганды?»

«Из Уганды нет, но вы получите всю информацию в Кавирондо, там люди очень хорошие. Вы можете отправиться туда без ружья – всего лишь с палкой. Там тоже есть много еды, и вы получите всю информацию, которую захотите, там тоже живут вангвана, у которых вы можете купить продукты».

Это было интересное сообщение, но наше воображение особенно взволновало известие о белых людях. Информация, принесенная арабами, звучала загадочно, и мы предположили, что она должна иметь какую-то связь с целью нашей экспедиции. Я подарил арабам несколько волов, и спросил их, не возьмут ли они письмо от меня на побережье Индийского океана. Они согласились и под приветствия моих людей вернулись к своей колонне, пообещав навестить нас еще раз вечером.

Великой была радость среди моих людей от новостей, которые мы услышали. Общепризнанное мнение гласило, что если белый человек с большими стадами крупного рогатого скота находится в Кавирондо, он должен быть немцем, потому что другие белые нации не водили за собой стада крупного рогатого скота – так думали мои носильщики и солдаты.

После завтрака я написал краткий отчет немецкому комитету «Эмин-паша» о продвижении экспедиции до сего времени.

Этот отчет благополучно прибыл в Занзибар в начале апреля и стал первым фактическим свидетельством того, что наша экспедиция жива, а не была уничтожена. Эта приятная работа заняла меня до шести часов вечера.

После обеда арабы, среди которых особенно цивилизованным выглядел Буана Мку, из Пангани, снова пришли к нам. Я угостил их какао с сахаром, а после того, как начался дождь, мы приятно побеседовали несколько часов в моей палатке.