Отраженье кривых зеркал

Яркие обрывки прошлого – когда их мать была еще жива, когда их жизнь казалась такой размеренной и умиротворенной, расписанной на года вперед. Ощущение, впрочем, обманчивое: трудно назвать жизнь предсказуемой, когда ты – дитя легендарной Бадб. Леди Ворон – или же Леди Война, как называли Бадб те, кто не боялся сказать правду ей в лицо. А плохое о ней страшились говорить даже шепотом, ведь всем известно: у стен есть уши. И Бадб Блэр, как никто другой, умела распознавать голоса стен.

Сжимая в руках сферу, Морриган предавалась воспоминаниям, которые внушала ей энергия Клио.

Ей не хотелось призывать на помощь Ника, но другого выхода не было. Как любая ведьма, всесильной она не была. Морриган исчерпала все имеющиеся у нее ресурсы, пытаясь разгадать загадку исчезновения сестры, и надеялась, что связи Ника в Департаменте полиции помогут им обеим.

Увы, очередное разочарование. Эксперты не сумели определить по спектрографиям вид чар, что Морриган, однако, совсем не удивило: если знакомые Охотники, к которым она обратилась за советом, за годы странствий по провинции не сталкивались ни с чем подобным, то что могли знать агенты, просиживающие штаны в своих уютных кабинетах? След был оборван и вел в никуда.

У них не было ни одной зацепки… кроме души Клиодны.

Чем дольше Морриган рассказывала Нику о проведенном в квартире сестры обряде, тем больше вытягивалось его лицо.

– Подожди… ты хочешь сказать, что вот здесь находится душа Клио? – изумленно проговорил он, указывая на лежащую на столе сферу.

Ник смотрел на Морриган с сочувствием, и это безумно злило.

– Верно, – сухо сказала она. – А теперь мне нужно отыскать ее тело.

– Морриган, я разослал ориентировку агентам и патрульным, спектрография Клио встроена в каждый портал в Кенгьюбери. Если она в городе – ее найдут. Но…

– Она не мертва, Ник, – не выдержала Морриган. – Ее душа – здесь, а значит, она еще жива.

– Но… Ты… – Он резко выдохнул. – Прости, но ты сама сказала, что в этой сфере – душа Клио. Ее мысли, чувства, воспоминания… А значит, в ее теле не осталось ничего из этого.

– Ты не понимаешь очевидных вещей, – резко бросила Морриган. Быть может, даже чересчур резко. Но ее выводил из себя тон Ника, сочувствие и печаль в его взгляде, его жалящие слова. Он говорил и вел себя так, будто Клио уже нет в живых. А это неправда.