Подчинение

Фух! Хоть что-то хорошее за последние полчаса. А то мне не очень-то хочется, чтобы трогали цвет и длину моих волос. Разве должны были? В инструкции было прописано, что могли сделать прическу, чтобы длина не мешала во время сессии.

– Волнуешься? – как бы невзначай спрашивает женщина своим грудным голосом.

– Это так заметно?

– Ты вся дрожишь.

Правда? Я дрожу? А что еще делать, когда впереди меня ждет сессия с доминантом? Я никогда не являлась фанаткой темы, знаю о ней только из книг про пятьдесят оттенков и из маленьких статей в интернете.

Но прошлась я по ним бегло, не вчитываясь. Зря, наверное.

– В первый раз все волнуются. Не переживай, – женщина махает рукой. – Только скажи, зачем тебе Тема? Ты ведь такая юная? Или бабки нужны? Сейчас они всем нужны, моя дорогая.

– Я бы… не хотела это обсуждать.

– Ну, как знаешь.

Больше мы не разговаривали. Оно и к лучшему. Не готова я сейчас вести светские беседы, говорить о предстоящей сессии. Лучше ни о чем не думать. Не сейчас.

Не этим вечером. Завтра успею тысячу раз пожалеть и одновременно обрадоваться. Ведь я смогу отдать мамин долг.

Деньги… Не стоит об этом забывать.

– Ну все, готово, – парикмахер поворачивает меня к зеркалу. Надо сказать, что макияж совсем не совпадает с ожидаемым. Тональный крем едва заметен на коже, небольшой блеск хайлайтера подчеркивает скулы, а легкий слой туши делает ресницы длиннее. Но не намного. Я и то сильнее крашу.

– А как же длинные стрелки? Смоки айс? Красная помада? – интересуюсь у женщины.

– Девочка, – смеется в ответ, – это БДСМ клуб, а не бордель. Верхние ценят естественность, особенно сегодняшний, – она восхищенно вскидывает глаза к потолку.

Ну ладно. Пусть будет так. Мне же легче. Не буду чувствовать себя последней шлюхой.

– А кто он?

– О, нет! У меня не спрашивай! Я ничего не знаю. Видела его только в маске, но поверь, ты не забудешь этот день.

Да? А я бы отдала все на свете, чтобы пережить сегодняшний позор и жить дальше.

Как раньше. Надеюсь, получится.

Через пару минут в «гримерку» заходит брюнетка в корсете и в чулках с подвязками, подает шелковый халат, протягивает ажурную маску, которая отлично скрывает мое лицо. Почти не узнать. Меня выдают лишь медовые глаза, полные беспокойства и страха. Он здесь не нужен. Не сейчас.

Мы спускаемся вниз, проходим на сцену за закрытый занавес к деревянному кресту. Я видела такой на картинках в гугле, когда искала ночью информацию.