P.S. Никто не узнает, Профессор

Если хорошо подготовишься, возможно, в следующем году будешь практиковаться во время съемочного процесса.

В какой-то момент моя слабость и отчаяние уходят. Они превращаются в пыль. В ничто. Боль прошлого отступает после новости профессора. Моя обида на него, чувство несправедливости уходят на второй план. Я словно смотрю на него другими глазами, замечаю другой отблеск в золотистых глазах. В них отсутствует чрезмерная строгость, но серьезность никуда не делась.

Профессор отходит от меня на шаг, однако буря эмоций в моей душе не утихает.

Не могу отделаться от ощущения, что мне говорят неправду. Практика на съемках. Это может быть павильон или целый объект.

Для девчонки из Колорадо это невероятный шанс. Шанс вживую наблюдать за съемочным процессом сразу после первого курса. Обычно на съемки пускали только после второго курса и то после подписания договора с кинокомпаниями, а тут…

– Это такой шанс!

– Воспользуйся им. Справочные материалы для доклада я предоставил.

По идее я должна испытывать превосходство и уверенность в собственной правоте.

Однако в груди колышется тот же страх, что и у него в машине. Удивление. Я представляла колледж Уилок Браун элитным заведением для избранных или для детей состоятельных родителей. Здесь не преподают профессоры-извращенцы, которым необходимо утолить потребность в женском теле прямо на парковке. Здесь все ходят по струнке, интересуются своей будущей профессией, работают, не покладая рук ради своего будущего.

И все зеленые. Во всех смыслах.

Сколько стереотипов сломались на моих глазах за эти пару недель…

– Если у тебя нет вопросов, мисс Райт, можешь идти.

– Есть, – вырывается с губ раньше, чем я успеваю подумать о вопросе. – Там, в машине, с вами была жена?

– Нет, не жена.

Неужели…

– Вы говорили, что не крутите со студентками.

– Так и есть, не кручу.

– Тогда…

– Мы все не ангелы, Микелла, – перебивает меня профессор Миллер. – Я имею право грешить, как и любой человек.

– Мой грех лишил меня семьи и спокойствия.

– Возможно, другой грех откроет глаза на прекрасную жизнь и освободит тебя.

Он смахивается большим пальцем слезу с моих глаз. Окутывает чуть шершавыми ладонями мое лицо. В этот момент мне становится так тепло. Так спокойно. Никогда не ощущала ничего подобного. Ничего роднее и естественнее этих действий. Правильнее. Будто мне снова подарили родительское тепло, которого лишили год назад.

Если бы я знала, насколько мои чувства обманчивы.