В руках бандита

Да и я застываю как статуя, потому что ни черта не понимаю, что происходит. Пару минут назад я готова была вырубить их, а Уильям сейчас так спокоен, словно на кухне бьют посуду старые друзья, а не кровные враги.

– Прости, босс, но нас работать надо, – отвечает тот, что повыше.

– Пойдем.

Уильям мягко опускает руки на плечи и ведет меня в гостиную. До сюда тоже долетают звуки битого стекла и заставляют вздрогнуть, но каждый раз мягкие прикосновения отвлекают меня от неожиданных звуков. Мужчина опускается рядом со мной на диван напротив панорамного окна, заглядывает любопытными голубыми глазами.

Сейчас там не прохлада, не Арктика. Там чистое летнее небо, которое видно в Лондоне слишком редко. Так и в нем, в этом таинственном человеке передо мной.

– Испугалась? – спрашивает спокойным тоном, заправляя прядь волос мне за ухо. Стараюсь не прикрыть глаза и не утонуть в нежности Уильяма. Мне и не дают – из кухни раздается новый звон.

– Что здесь происходит?

– Парни проверяют квартиру.

Здесь был найден жучок.

– Как они его найдут? Он просто бьют посуду.

– Нет, не просто. Внутри может быть зафиксирован датчик или диктофон, который записывает наши разговоры.

– То есть… – вспоминаю его вчерашнее маленькое признание о женщине, которая родила ему дочь и новости о Викторе. Точнее о том, что я могу знать.

– Нет, записывали только с кухни, наш разговор не услышали бы.

Он говорит об этом так спокойно, в то время как у меня мурашки по коже. Взрыв дома, вчерашнее общение с Картером, чертова Эмма, которая не упустила возможности кольнуть меня.

Да еще и признание Уильяма о нашей цели. Все это смешивается в коктейль из страха, недоверия и неизвестности.

– Что нам теперь делать?

– Ждать. Если хочешь, можешь пока позаниматься йогой, в кладовке есть коврик.

– Ты серьезно? – смотрю на мужчину во все глаза и пытаюсь найти хотя бы толику иронии. Но их нет – говорит серьезно.

– Почему нет? Отдохнешь, пока мы с ребятами закончим и уедем.

– Стоп! Что значит уедем?

– Мне нужно отъехать по делам. Я составлю план действий, затем посмотрим, что нам с тобой делать.

Нехорошее предчувствие постепенно нарастает. Оно поднимается по позвоночнику и зарывается прямо в волосы. То есть я останусь здесь одна? Нет, я, конечно, смогу отбиться, еще не забыла боевые приемы, но…

Вдруг кто-то захочет подорвать меня? Снова…

Одна мысль, что Уильяма не будет рядом, внушает какой-то легкий страх.