Война Ириса и Розы. Ловушка захлопнулась

Таким образом, выбор у нас небольшой. Либо Вы находите подтверждение своим словам, либо мы делаем вид, что принц Карлос никакого кольца в глаза не видел и никакой государственный переворот не планирует.

Граф де Баккард стойко и смиренно выдержал этот удар, только покорно наклонив голову и с уверенностью глядя на начальника.

– Я понял Вас, генерал. Постараюсь выяснить больше деталей.

Реджис ушел, не показывая, как обидели его обвинения в его сторону. Да, пожалуй, он не смог быстро и эффективно раскрыть все планы заговорщиков.

Можно сказать, его собственные чувства и мысли каким-то образом сумели помешать ему. Да и Кавелье были настолько умелыми игроками, что поймать их за руку на жульничестве оказалось труднее, чем кто-либо мог представить. Все это верно, он готов был признать поражение. Однако он не сдавался. И все еще намерен был добиться справедливости. Поэтому зря Фотье смотрит на него как на неудачника. Последняя его мысль была совсем уж мрачной и продиктована усталостью и обидой на всех.

В тот день ему предстояло совсем малоприятное занятие – записывать показания участников бунта в здании тюремной башни.

А после разобрать вместе с Фотье кого же из них все-таки следует обезглавить, кого изгнать, а кого отпустить с клеймом изменника на лбу. Хмуря лоб и нервно постукивая по столу кончиком пера, он разбирал многочисленные несвязные рассказы перепуганных горожан, которые еще несколько недель назад бойко кричали на улицах Фиале «Да здравствует принц Карлос!», проклиная короля и всех, кто был ему предан. Теперь же, отсидев положенные сроки за решетками камер, говорили уже не столь бойко, все чаще повторяя, что оказались в тот день среди толпы по ошибке и вовсе не намерены были драться. Записав все в подробностях, Реджис отнес бумаги Фотье, а сам разузнал у прислуги, где сейчас королева Розамунда. Ему сообщили, что пикник в саду уже окончен и, вероятно, Ее Величество отправилась к себе в компании своих дам. Время было как раз подходящее, чтобы попросить аудиенции, что он немедленно и сделал. Давно они не говорили с королевой о делах. Все чаще в их беседах звучали поздравления, слова сочувствия и прочая дань вежливости. Но сегодня как раз тот день, когда любое участие может помочь графу в его нелегком деле. Со своей бедой он пришел к Розамунде. Та выслушала его, как обычно, внимательно.

– Я прошу Вас, Ваше Величество, удалить графиню де Баккард из числа своих фрейлин и отлучить от двора. Это необходимо сделать как можно скорее.