Убивать осознанно

Я предположил, что по отношению к тренеру по осознанности нужно проявлять некоторую открытость. Господин Брайтнер стал мне вполне симпатичен после его приступа смеха. Но я был еще совершенно не готов вот так, ни с того ни с сего выкладывать ему подробности своей личной жизни. Господин Брайтнер заметил мое внутреннее замешательство.

– Просто перечислите пять причин, которые связаны с вашим приходом сюда.

Я сделал глубокий вдох. И выложил:

– В сутках слишком мало часов, я не могу переключиться, я все принимаю близко к сердцу, я постоянно на нервах, моя жена переживает, я не вижу свою дочку и скучаю по ней.

Если даже у меня находится время на дочь, в мыслях я всегда далеко от нее. Жена не ценит мою работу, работа не ценит меня…

– Можете больше не перечислять.

– Что, простите?

– Вы уже назвали девять вместо пяти. Все это классические симптомы перегрузки. Опишите несколько ситуаций, когда вы испытываете подобные чувства.

Долго вспоминать, когда же я в последний раз чувствовал перегрузку, не пришлось, и я просто рассказал ему, какой невероятный стресс пережил, стоя под его дверью.

И с какой скоростью мелькали в моей голове мысли – как на «американских горках».

Он кивнул:

– Как я и сказал, думаю, что обучение осознанности может вам помочь.

– Хорошо, тогда поехали.

– У вас есть представление о том, что такое осознанность?

– Полагаю, что узнаю об этом в ближайшее время за приличные деньги.

– Вы уже получили эти знания бесплатно, когда стояли под дверью, – сказал он мягко.

– Вероятно, я отвлекся в тот момент.

– Именно в этом и суть. Вы примерно три минуты стояли под дверью и думали, звонить ли вам снова. Сколько секунд из этих ста восьмидесяти вы были мыслями где-то в другом месте?

– Честно говоря, наверное, сто семьдесят шесть.

– Где же витали ваши мысли?

– В ювелирном магазине, в полицейском управлении, в офисе, с моими клиентами, с моей дочкой, в перепалке с моей женой.

– Значит, в течение максимум трех минут вы мысленно находились в шести разных местах.

Переживая все эмоции, связанные с этими местами. И вам это что-нибудь дало?

– Нет, я…

– Зачем же тогда вы это сделали? – спросил он с неподдельным интересом.

– Ну, так случилось.

Если бы кто-то из моих подзащитных выразился подобным образом в суде, я запретил бы ему вообще что-то говорить.

– Осознанность – это всего-навсего состояние, когда такое с вами не случается.

– Ага. Не могли бы вы объяснить точнее?

– Все просто.