У вас один общий друг

Келли познакомилась с ним всего три месяца назад, но в последнее время он оставался у нее почти каждую ночь, полностью заслужив прозвище, которое втайне придумала для него Элис.

– Ты помолвлена?

Келли обернулась. В ее взгляде мелькнула паника, тут же сменившаяся радостью.

– Да, только что!

– Поздравляю! – Элис от души обняла подругу. – Не могу поверить, что узнала об этом на фейсбуке! Обалдеть!

Келли согласилась, что это обалдеть, а потом ответила на важные вопросы: каким образом Пыхтяй сделал предложение, какая будет свадьба и приятно ли менять статус в фейсбуке.

Наконец разговор коснулся насущного: Пыхтяй собирался переехать к Келли.

– Ну он и так здесь практически поселился – ничего особо не изменится. – Элис игриво потрепала Пыхтяя по плечу. – Хотя… где он будет хранить свои пишущие машинки?

На лице Келли вновь отразилось смятение. На сей раз Элис поняла, в чем дело.

– В общем, меня вежливо попросили съехать, и я вежливо согласилась.

– Это возмутительно! – возмутился Билл, брат Элис.

 – Разве так можно? (Вообще-то, по закону нельзя, но Элис настолько растерялась, что даже не подумала почитать про свои права.) – И что, теперь тебе придется собрать вещи и просто… свалить?

– У меня всего пара чемоданов и клетка с Гэри.

Билл покачал головой и залпом допил «Маргариту». Дело происходило в Верхнем Вест-Сайде, в мексиканском ресторане под названием «Ла Баллена»[6 - La Ballena – кит (исп.).]. Они расположились в патио, поскольку стоял прекрасный день, ибо в прекрасном мире Билла все дни прекрасны.

На нем были солнцезащитные очки «Рэй-Бен» и светло-синяя рубашка с закатанными рукавами. Он заказал вторую «Маргариту». Почему бы и нет? Торопиться некуда.

– Если тебе нужно где-то перекантоваться, можешь переехать к нам. Хочешь – на время, а хочешь – навсегда! Ну конечно, живи у нас!

Элис рассмеялась.

– Нет, спасибо.

– Да, спасибо! Переезжай! Я настаиваю.

Билл настаивал, поскольку был богат, успешен и переполнен неиссякаемой энергией – высокий, с волнистыми волосами и напористой белозубой самоуверенностью Кеннеди-младшего.

Элис не имела с ним общих генов, так что ничего этого ей не досталось. Все, чем она обладала, ей пришлось создавать с нуля.

– Вряд ли твоя жена обрадуется, если я поселюсь у вас, – сказала она. – Верно, Питтипэт?

Питтипэт оторвалась от телефона.

– Элис, – с южным акцентом протянула она, – ты же знаешь, мы всегда тебе рады. – И безупречно вежливо улыбнулась ледяной улыбкой.