У вас один общий друг

– Как же заставить компьютер смеяться? – Звучит как начало анекдота.

– В том-то и дело. Руди выдвинула теорию – наверное, на основе всяких исследований и расчетов, я в этом не разбираюсь: прежде чем компьютер научится понимать юмор, надо дать ему базовое определение, что это такое. Например, придумать шутку, которая раскладывает юмор на молекулы.

– Великая Унифицированная Шутка? – уточнила Элис.

– Именно, – ответил Боб. – Руди работала над этим несколько месяцев. Она смотрела и читала все, что связано с юмором.

Каждую смешную книгу, каждую комедию и телешоу, до которых могла добраться, каждый сериал и видео на ютьюбе – все-все. Аристофана, Шекспира, Эндрю Дайса Клэя[15 - Эндрю Дайс Клэй – американский актер и комик, получивший в 1990 году «Золотую малину» за роль в фильме «Приключения Форда Фэрлейна».]. Руди глубоко погрузилась в теорию и практику юмора и наконец нашла решение. Она собрала сокурсников в лаборатории и презентовала Великую Унифицированную Шутку.

– И что это за шутка? – заинтригованно спросила Элис.

Боб выдержал паузу, сделал глоток воды, затем наклонился вперед и произнес:

– Я – банан.

Элис не рассмеялась.

– Что?

– Я – банан.

– И это все?

– Все.

– Не смешно.

– Да ладно! Отличная шутка. Удовлетворяет всем требованиям. Ироничная, необычная, антропоморфная, чуть-чуть скабрезная, к тому же в ней есть слово «банан», которое само по себе смешное.

– Да, но все равно не смешно.

– Элис, – прочувствованно произнес Боб и коснулся ее руки. От первого физического контакта по электросхемам Элис пробежала искра.

Боб пристально посмотрел девушке в глаза, словно собираясь открыть душу, и произнес: – Я – банан.

Элис расхохоталась.

– Видишь?

– Ну ладно, – уступила она. – И компьютер засмеялся?

– Нет.

– Как же так?

– Проблема в том, что компьютер не понимал контекст шутки. Он был очень умен, только многого не знал. Он умел играть в шахматы, помнил наизусть «Оксфордский словарь английского языка» и «Британскую энциклопедию», но и только.

Я так понял, его нельзя было подключить к интернету, потому что среди компьютерных инженеров это табу.

– Почему?

– Наверное, чтобы компьютеры не восстали и всех нас не прикончили.

Элис кивнула. Звучит логично.

– Так вот, – продолжил Боб. – Руди все равно решила дать ЛЕО контекст – она открыла для него мир юмора. Загрузила в память все, что посмотрела и прочла, а потом, неделю спустя, снова сказала: «Я – банан».

– Он засмеялся?

– Нет.