Дама и лев

Он сказал:

– Вы забыли, что капитан Озэр везёт раненых, и, как бы ему ни хотелось взлететь, у него камень на шее. Мы договорились, что, как только они прибудут, пришлют нам весточку.

Их разговор был прерван появлением двоих мирских братьев, возвращавшихся с реки и из ближайших мастерских. Они несли овечьи кожи, ещё пахнущие известью, готовые для раскроя, чтобы стать страницами новых манускриптов, и большой тюк только что выстиранных зольным мылом ряс. На их лицах отразилось удивление, когда они увидели женщину в своей трапезной, но Рауль был одним из приближённых аббата, и мирские братья удалились, не сказав ни слова.

Аэлис поняла, что её присутствие – исключительный случай в жизни монастыря, и приняла решение. Ей не хотелось чтобы из-за помощи, которую аббат оказывал отцу, у него были неприятности. Она вышла из трапезной в узкий коридор, который соединял помещения, предназначенные для мирских братьев и внутренний двор. Надо попросить у аббата коня и вернуться в Сент-Нуар одной. Рауль шёл за ней.

– Госпожа, не знаю, куда вы идёте, но аббат приказал мне следить, чтобы с вами не случилось ничего дурного. Мне было бы проще выполнять его приказ, если бы вы не покидали территории монастыря.

– Опять запреты, новиций? – отозвалась Аэлис. И пошла вдоль каменной стены по направлению к церкви.

– Просьбы. Мольбы, – поправил он её. – Просьбы людей более мудрых, чем вы. Девушка обернулась к нему, не скрывая раздражения.

– Я начинаю уставать от этой странной жизни, которую едва знаю, – воскликнула она.

 – Особенно, если советы мне дают те, кто прикидывается монахом днём и оказывается солдатом ночью. Вы и для этого найдёте объяснение?

– Моё послушание состоит в защите аббата, – ответил Рауль.

– Да? Но вы почему-то забыли сказать об этом с самого начала, – саркастически заметила Аэлис.

– В тот момент разумнее было промолчать, – ответил новиций, краснея.

– Вижу, что монастырская жизнь, такая непорочная и ясная, становится в некоторых случаях смутной и загадочной, если вам это в данный момент подходит, брат-воин, – сказала Аэлис.

 – Так почему же мне не брать с вас пример? Я хочу к отцу, и теперь, когда непосредственная опасность миновала, рассудок не советует мне оставаться.

– Рассудок редко даёт советы, дитя моё, – сказал аббат. Он неожиданно появился в дверях церкви и уже устало хромал по направлению к ним. – Он всего лишь указывает нам пути и чертит карты.