Механическая принцесса

    Искренне твой,

    Виктор Уайтлоу

6

Пусть тьма…

Пускай Любовь уймет Печаль,

Пусть тьма хранит ночную стать:

Ах, лучше пьяным быть от ран,

Со смертью вместе танцевать.

    – Альфред Теннисон, «Памяти А. Г. Х.»

[ЗАЧЕРКНУТО]

Кому: Инквизитору Виктору Уайтлоу

От: Консула Джошуа Вейланда

Мы не первый год знаем друг друга, Виктор, и теперь я пишу тебе это письмо, не в силах сдержать волнения. Я чувствую себя пророчицей Кассандрой, которая была обречена знать правду и понимать, что никто ей не верит.

Возможно, виной всему моя гордыня, но это я поставил Шарлотту Бранвелл на ее нынешнюю должность, и теперь она не дает мне покоя.

Она постоянно подрывает мою репутацию, и я боюсь, что это серьезно скажется на Конклаве. То, что должно было стать катастрофой, – разоблачение предателей, притаившихся у нее под крышей, причастность мисс Лавлейс к планам Магистра, – обернулось триумфом Шарлотты. Конклав решил, что именно обитатели Института разоблачили Магистра и выдворили его из Лондона.

В последние несколько месяцев его было не видно и не слышно, и это считают заслугой Шарлотты, а не свидетельством того, что он просто готовится к новому удару, совершив тактическое отступление. Хотя это я занимаю должность консула и возглавляю Конклав, мне кажется, что на первом плане всегда оказывается Шарлотта Бранвелл и что все мои достижения обратятся в прах…

Кому: Инквизитору Виктору Уайтлоу

От: Консула Джошуа Вейланда

Виктор,

хотя я весьма польщен твоей обеспокоенностью, мне нечего добавить к своей характеристике Шарлотты Бранвелл, представленной в письме Совету.

Да пошлет Ангел тебе силу в эти нелегкие времена.

    Джошуа Вейланд

За завтраком было тихо. Хмурые Гидеон и Габриэль спустились вместе, и Габриэль не проронил ни слова, не считая просьбы передать ему масло, обращенной к Генри. Сесили устроилась у дальнего конца стола и читала книгу, но Тесс, сгоравшая от любопытства, так и не смогла разглядеть ее название.

У сидевшего напротив Тесс Уилла под глазами залегли глубокие тени – напоминание о богатой событиями ночи. Сама Тесс вяло ковыряла вилкой лежащее на тарелке жаркое. Никто не разговаривал, пока дверь не отворилась и в столовую не вошел Джем.

Тесс радостно взглянула на него, не в силах скрыть удивления. Он был усталым и бледным, но не выглядел больным. С обычной грацией он занял место рядом с невестой.

– Доброе утро.