Последние часы. Книга III. Терновая цепь

Она села в постели так резко, что закружилась голова. Но Люси твердо решила, что больше не уснет, не потеряет сознание, не вернется в то темное, пустое место, где не было ничего материального, только голоса умерших.

Девушка отбросила полосатое шерстяное покрывало, под которым спала, и спустила ноги с кровати. Первая попытка встать оказалась неудачной; у нее подогнулись колени, и она повалилась назад. Во второй раз, прежде чем подняться на ноги, Люси вцепилась в спинку кровати. Это помогло, но все равно она с минуту раскачивалась взад-вперед, как старый морской волк, непривычный к суше.

Если не считать простой железной кровати, выкрашенной желтоватой краской под цвет стен, в ее маленькой спальне почти ничего не было. В камине потрескивали догорающие угли странного пурпурного цвета, у окна стоял туалетный столик из некрашеного дерева, на котором были вырезаны русалки и морские змеи. Она успокоилась, заметив в ногах кровати свой чемодан.

В конце концов, стараясь не обращать внимания на болезненные ощущения в ногах, в которые словно вонзались тысячи иголок, Люси добралась до окна, находившегося в глубокой нише, и выглянула наружу.

Перед ней раскинулся живописный пейзаж, словно написанный белой, темно-зеленой, черной и бледно-голубой красками. Дом Малкольма приютился на скале над маленькой, чистенькой рыбацкой деревней. Внизу, под домом, был узкий пролив, защищавший гавань от бурных океанских волн. В гавани покачивались лодчонки рыбаков. Небо было прозрачным и совершенно чистым, хотя погода, видимо, переменилась совсем недавно – на двускатных крышах деревенских домов белел снег. Из дымоходов к небу поднимались черные столбы дыма, а внизу зеленые волны разбивались об утесы, и белая пена стекала по камням.

Это было прекрасное зрелище – суровое, но прекрасное, и вид бескрайней морской глади вызвал у Люси странное ощущение внутренней пустоты. Казалось, что Лондон находится на другом конце света; там, бесконечно далеко от Люси, остались ее друзья и родные – Корделия и Джеймс, мать и отец.

О чем они сейчас думают? Где, по их мнению, она находится? Вряд ли они могут себе представить, что она здесь, в Корнуолле, любуется океаном, за которым лежит французский берег.

Чтобы отвлечься, Люси попробовала пошевелить пальцами ног. По крайней мере, покалывание прошло. Грубые доски пола за много лет стали гладкими, как паркет, и она, скользя по ним босыми ногами, подошла к туалетному столику, на котором стоял таз для умывания и лежало полотенце.