Последние часы. Книга III. Терновая цепь

И они узнали о том, как она обнаружила свою власть над мертвыми. Это была не просто способность видеть призраков, когда они желали оставаться невидимыми – таким даром были наделены и Джеймс с отцом. Люси могла повелевать духами. История сестры напомнила Джеймсу знакомство с его собственными скрытыми силами и те смешанные ощущения, которые принесло ему это открытие. Смесь стыда и чувства всемогущества.

Ему хотелось встать, обнять сестру. Особенно в те минуты, когда она говорила о ночи на берегу Темзы, о том, как она вызвала целую армию утопленников и приказала им вытащить Корделию из воды.

Ему хотелось сказать, как многое для него значит спасение Корделии; хотелось рассказать о смертельном страхе, который охватывал его при мысли, что он может потерять жену. Но он молчал. Люси до сих пор считала, что он влюблен в Грейс, и Джеймс понимал, что после таких речей она сочтет его ужасным лицемером.

– Должен сказать, меня задело то обстоятельство, – заметил Магнус, – что за советом относительно Джесса вы отправились не ко мне, а к Малкольму Фейду.

Обычно именно я являюсь тем магом, которого Сумеречные охотники отрывают от дел в первую очередь, и я считаю это доброй традицией.

– Вы находились в Спиральном Лабиринте, – напомнила ему Люси. – И… у нас были кое-какие причины для того, чтобы обратиться к Малкольму, но сейчас это не имеет значения.

Джеймс, который за последнее время поднаторел в искусстве рассказывать о себе только то, без чего нельзя обойтись в данный момент, заподозрил, что эти причины все же имеют значение, и немалое.

Но оставил свои мысли при себе.

– Малкольм объяснил нам… то есть мне, что Джесс, если можно так выразиться, застрял на пороге между жизнью и смертью. Поэтому ты и не мог видеть его, как видишь обычных призраков. – Это она произнесла, глядя на Уилла. – Понимаете, он ведь не был мертв в полном смысле слова. То, что я совершила, возвращая его к живым, не было некромантией. Я просто… – Она помолчала, сплела перед собой пальцы. – Я приказала ему жить.

У меня ничего не вышло бы, если бы он действительно был мертв, но, поскольку я только объединила живую душу и живое тело, разделенные черной магией… у меня все получилось.

Уилл убрал со лба прядь черных волос, в которых серебрилась седина.

– Что вы думаете, Магнус?

Магнус взглянул на Джесса, который по-прежнему стоял с напряженным видом, облокотившись о каминную полку, и вздохнул.

– Я обнаружил на Джессе несколько пятен энергии смерти.