Последние часы. Книга I. Золотая цепь

– Мы танцевали, – безумным голосом говорил он, – и вдруг она упала замертво…

Корделия опустилась на колени. Барбара Лайтвуд была смертельно бледна, темные волосы на висках были влажными. Девушка дышала часто, прерывисто. В подобных случаях Корделия забывала о своей застенчивости и думала только о том, как помочь пострадавшему.

– Ей нужен свежий воздух, – сказала она. – Наверное, корсет слишком сильно затянут. У кого-нибудь есть нож?

Анна Лайтвуд появилась из-за спин растерянных людей и грациозным движением опустилась на пол рядом с Корделией.

– У меня есть кинжал, – произнесла она, извлекая из внутреннего кармана жилета клинок в ножнах. – Что нужно делать?

– Нужно разрезать корсет, – ответила Корделия. – Она испытала какое-то потрясение, ей необходимо вздохнуть свободно.

– Предоставьте это мне, – сказала Анна. У нее был необычный хриплый голос, одновременно нежный, как шелк, и жесткий, как наждачная бумага. Она приподняла тело Барбары и провела острием кинжала по ее спине, осторожно разрезая ткань и материал корсета.

Когда одежда соскользнула с плеч Барбары, Анна подняла голову и рассеянно произнесла: – Ари, накидку…

Ариадна Бриджсток быстро сдернула шелковую накидку и подала ее Анне, а та ловко обернула Барбару. Дыхание больной постепенно выравнивалось, краски возвращались на лицо. Анна посмотрела на Корделию поверх головы Барбары, и в ее синих глазах мелькнуло оценивающее выражение.

– Что здесь происходит? – Это была Софи Лайтвуд, которой, наконец-то, удалось пробраться к месту происшествия; за ней следовал муж, Гидеон.

 – Барбара! – Она повернулась к Оливеру, который с расстроенным видом стоял рядом. – Она упала?

– Она просто потеряла сознание ни с того ни с сего, – снова объяснил Оливер. – Мы танцевали, и она упала в обморок…

Ресницы Барбары дрогнули. Она села с помощью Анны и, часто моргая, взглянула на мать. Внезапно на щеках ее выступили красные пятна.

– Я… со мной все в порядке, – пролепетала она. – Уже все в порядке. У меня закружилась голова… так глупо, но это был просто обморок.

Корделия поднялась на ноги. К ним подходило все больше людей. Гидеон и Софи помогли Барбаре встать, и Томас, возникший из толпы, предложил сестре не слишком свежий носовой платок. Она со слабой улыбкой взяла платок и прижала к губам.

На ткани остались следы крови.

– Я прикусила губу, – поспешно произнесла Барбара. – Упала и прикусила губу. Ничего страшного.

– Нам нужно стило, – сказал Томас.