Кассия

– «Исходя из вышеизложенного, – читал дальше Николай, – мы подтверждаем, что упомянутый Иосиф действовал с полного благословения святейшего патриарха Тарасия и по принятому в Церкви снисхождению, а посему его восстановление в священном сане, совершенное святым собором, состоявшимся три года назад в этом богоспасаемом Городе Константина, было справедливым, и он может и впредь беспрепятственно совершать священнослужение». – Он опять остановился.

– Как тебе такое определение? – спросил патриарх.

– Сколько я помню, владыка, прошлый собор признал, что Иосифу возвращается сан в порядке снисхождения.

А тут уже выходит, что он поступал во всем хорошо…

– А значит и извержен был изначально несправедливо, потому что, обвенчав Константина с Феодотой, не сделал ничего плохого. Именно! Читай дальше!

– «Кто не признаёт снисхождения святых, да будет анафема…»

По решению собора, подкрепленному ссылками на соответствующие каноны, Феодор и Платон за учиненное «возмущение» и «непослушание своему епископу» извегались из сана и предавались анафеме, а архиепископ Иосиф, без благословения патриарха служивший в его епархии и «уничиживший лицо местного предстоятеля», лишался епископства.

– Д-да, – проговорил Николай после небольшого молчания, – кажется, они перестарались…

Патриарх заходил по келье.

– Говорят, будто Феодор мстит мне за то, что не стал патриархом. Я уверен, что это неправда, игумен выше этого, хоть и смутьян порядочный… Но теперь наверняка будут говорить, что во мне взыграла ревность за то, что его поначалу предпочли мне, а я попал на престол, в сущности, благодаря покровительству императора… Студийский игумен под анафемой! Что скажет народ?!

– И архиепископ Иосиф извержен…

– Ну, он-то наказан по делу.

Он действительно вел себя недолжным образом. Хотя, может быть, стоило избрать более легкое наказание… Но как проходил этот собор! Святитель Григорий в свое время говорил о «стае галок»… Но тут даже не стая, тут… стадо!

«Баранов», – подумал патриарх про себя и нахмурился.

Больше всего ему не нравилась во всем этом роль Иоанна Грамматика. По рассказу синкелла, именно слова Иоанна не только решили исход дела, но и повлияли, по-видимому, на строгость приговора. Патриарх безотчетно недолюбливал этого монаха. Больно горд, и холодком каким-то от него… Но умен, да, очень умен, что правда, то правда…

Патриарх опять взял в руки деяния собора, постоял, бросил их на стол и сел.