Траектория полета совы

Переодевшись и прихватив какую-то книжку – Константин не разглядел ее названия, но, судя по обложке, это был очередной роман, Евдокия заглянула в Серебряную гостиную и застала там мужа. Константин пристроился с ноутбуком за мраморным столиком, рядом лежала брошенная книга, и, подойдя, Евдокия узнала ее.

– Привет! – сказала она. – О, ты читаешь Киннама?

– Да, уже дочитываю.

– Ты же не любишь современную литературу.

– Но ты же хвалила его романы, вот я и решил почитать.

– И что, все три прочел?

Он кивнул.

Она, видимо, думала, что он скажет что-нибудь еще, но, не дождавшись, спросила:

– И как тебе?

– Очень мило. Талантливо. Но все-таки это не та литература, к которой захочется возвращаться второй раз.

– Что ж, не возвращайся. – Евдокия чуть поджала губы. – И так-то удивительно, что ты нашел время!

– Да, нашел… Послушай, тут странная новость. Помнишь того русского священника, который организовал секту и связался с контрабандистами? Отца Андрея Лежнева?

– Да, припоминаю.

– Его убили вчера в тюрьме. Вернее, он умер от сердечного приступа, но мне докладывают, что это был странный приступ, похоже, искусственный.

– Какой ужас! Бедняга…

– Да, видимо, приступ вызван кем-то специально, но неизвестным нам способом. Так думают эксперты.

– А что, разве известно много способов вызвать такую смерть? – удивилась августа.

– Довольно много, – кивнул император, мрачнея, – может быть, больше, чем способов вылечить настоящий приступ.

– Странно… Кому он мог помешать в тюрьме?

– Пока трудно сказать определенно, но следствие, похоже, неожиданно нащупало очень интересное направление. Совсем не связанное с контрабандистами.

– Что ж, я давно тебе говорила, что твоя тайная полиция никуда не годится, даже по сравнению с русской, не говоря о… И вообще Пападопулос стар, давно пора его менять.

– Пусть стар, но он не выжил еще из ума.

А слишком много о тайной полиции пусть заботятся в тех странах, в которых нет более прочных внутренних скреп. – Константин улыбнулся и поднялся, распрямляя спину.

– И какие же в нашей Империи особенные внутренние скрепы? – поинтересовалась Евдокия рассеянно. Она уже явно потеряла интерес к теме.

– Будто не знаешь! Конечно же, это я да ты! – Император рассмеялся и привлек жену к себе.

Да, разговор свелся к шутке.