Траектория полета совы

Киннам вскочил с места и сделал было движение чтобы помочь старику, но тот остановил его взмахом руки. Резная панель перед папой отъехала в сторону и Феодор увидел, что за ней скрывается небольшая молельня, наполненная иконами и горящими лампадами.

– Пожалуйте сюда! – позвал папа.

Великий ритор приблизился. На дальней стене молельни висела большая византийская икона в драгоценном киоте. Богоматерь смотрела прямо на него, скорбно и одновременно необычайно проникновенно.

Киннам невольно перекрестился.

– Подойдите, подойдите поближе, посмотрите, – пригласил папа. Киннам подошел. – Видите, в правом нижнем углу, похоже на трещинку?

Да, трещинку он заметил – черную, змеящуюся, слегка напоминавшую кляксу. Она была явно нарисована… Да это и не трещинка вовсе, а подпись!

– Болоньезе? – воскликнул Киннам.

– Да, великий копиист.

– То есть икона не подлинная.

– Во-первых, икона подлинная – как может быть иначе? Во-вторых, я же не сказал вам, что это непременно будет та самая икона, которую вывезли из Константинополя! Та находится в соборе святых Станислава и Вацлава, разве это не известно императору?

– То есть вы хотите сказать, что…

– Да, разумеется, мой личный образ придется отдать в собор.

Но ничего не поделаешь, ничего не поделаешь… И, вы понимаете, факт замены нельзя будет скрыть от верующих, так что… Помогите мне, пожалуйста, сесть.

Киннам быстро вернулся к Иоанну-Павлу и поддержал его за локоть.

Понтифик и сам ухватился за руку великого ритора и тот с удивлением отметил, что эта рука совсем не слаба – такой железной хватке мог бы позавидовать и молодой человек. Но вот ноги его… Пока папа опускался в кресло, Киннам успел удивиться еще раз: пурпурное покрывало немного сползло со спинки и стало заметно, что это – тоже «трон апостола Петра», только на колесах и с мотором.

– Так что, – продолжал папа, выруливая на середину комнаты, – извольте видеть, вон там лежит альбом, откройте, пожалуйста, заложенные страницы.

Великий ритор заметил лежавший на столике у стены большой красочный альбом… поразительно знакомый! Ну да, «Сокровища константинопольского Большого Дворца»… В нем были две закладки: «Мадонна с книгой» Рафаэля и «Юноша с корзиной фруктов» Караваджо. «Однако он знает толк в торговле! – подумал Киннам.