Траектория полета совы

Он не уехал, он переправился через границу некоей тайной тропой…

– Странно, что его так быстро приняли в общение и дали приход!

– Почему же? Он умел быть обаятельным, легко входил в доверие, показывал преданность Империи, архиерею. Это только со временем, в самом близком кругу, он начал говорить, что в нашей церкви почти всё неправильно, всё обмирщено, никакой духовной жизни…

– И в чем же она должна заключаться?

– О, много в чем! В одежде, в движениях, позах, мыслях… ну, и в молитвах, богослужениях, безусловно.

Лежнев вывез из Московии много рукописей катакомбных старцев, понемногу издавал их здесь и распространял среди своих. Старцы, вы понимаете, были очень суровы. В условиях гонений, когда каждое движение может стать последним, возникает особый тип благочестия, его сложно в двух словах описать…

– А разве наши святые отцы не были суровы? Он давал их читать?

– Давал, конечно. Отцы-то меня и привлекли больше всего. Они открывали прекрасный мир, где Бог совсем близко… для тех, кто готов для Него от всего отказаться… Правда, я только сейчас понимаю, насколько причудливо этот мир преломлялся для меня толкованиями Лежнева.

Да, это соответствует Евангелию – от всего отказаться ради Бога, и я попыталась это сделать. Но в реальности получается, что ты отказываешься от всего не ради Бога, а ради… священника, храма, ради каких-то дел, на которые расходуются не только деньги – это мелочь, – а силы, здоровье, лучшие душевные движения…

– Но я подозреваю, что это вы тоже поняли уже потом? – тихо спросил Киннам.

– Да, – просто согласилась Афинаида. – Вернее, что-то начало во мне шевелиться в связи с моим предполагавшимся постригом – сомнения, переживания… Арест Лежнева и всё, что с ним было связано, перевернул ту мою жизнь вверх ногами и поставил на ней жирную точку. Не знаю, как я не сошла с ума…

– А что было связано с арестом? – осторожно поинтересовался ректор.

– Знаете, мне не хотелось бы об этом говорить. – Афинаида нахмурилась и опустила голову. – Не хочется вспоминать, наверное, я еще не готова… Да, еще ведь выяснилось, что он эти деньги, которые собирал для «гонимых братьев» никуда не отправлял.

Их потом астиномы нашли, они так и лежали в конвертах с надписями. И все эти махинации…

– Странная история! Но как вы думаете, для чего это всё ему понадобилось? Неужели такой экзотический способ заработать?

– Нет-нет, – уверенно ответила Афинаида, – он… в самом деле был аскетом. Не знаю, для чего он копил деньги.