Восточный экспресс

– Ужас! – Илария передернула плечами, когда на третьем забеге колесницы в шестой раз пронеслись по полукругу сфенды. – У тебя, наверное, железные нервы! Если б там был мой Грига, я бы умерла со страху!

– Ну, ты хочешь, чтобы я тут кричала и в обморок падала на каждом круге? – ответила Дарья. – Вряд ли Василь будет этому рад. Конечно, мне страшно, но что же делать, если он возница! И, в конце концов, надо уметь держать себя в руках…

Они с Иларией и Елизаветой сидели в двадцатом ряду по центру сфенды, откуда хорошо просматривалась арена.

Это были дорогие места, и здесь почти никогда не попадались любители буянить и разворачивать огромные полотнища с ободряющими лозунгами, загораживая обзор сзади сидящим. Панайотис вместе с коллегами из «Синопсиса» заседал, как выражалась Лизи, довольно далеко отсюда – в секторе напротив императорской ложи. Место Григория рядом с Иларией пустовало: по окончании второго забега он покинул ипподром, чтобы посмотреть, как дела в таверне, владельцем которой он уже три года являлся, и всё ли готово к наплыву посетителей после бегов: на Рождество в заведении обновили меню, и Григорий немного беспокоился за его успешное воплощение в жизнь.

Наконец, колесницы одна за другой финишировали у белой черты перед императорской Кафизмой, зрители восторженно завопили, приветствуя «несравненного Феотоки», и Дарья расслабилась: до седьмого забега за мужа можно больше не волноваться. Лизи поежилась и предложила:

– Пойдемте в кофейню сходим, а? Жаль, что здесь нельзя выпить глинтвейна, что-то сегодня так холодно! Я не откажусь от чайничка зеленого чая с имбирем.

– Ой, а я хочу большой капуччино! – воскликнула Илария. – А ты, Дари?

– Да я не замерзла, выпью просто чашечку кофе.

– Ну да, вы, сибиряки, холода не боитесь! – Лари засмеялась.

В кофейне – одной из многих, расположенных в помещениях под трибунами ипподрома – было людно: в этот прохладный и ветреный день зрители спешили согреться, хотя приходилось довольствоваться безалкогольными напитками; спиртного во время представлений не продавали не только на ипподроме, но и в ближайших окрестностях.

Подруги едва нашли свободный столик. Дарья подумала, что если бы тут знали, чья она жена, ей бы, наверное, сразу выделили лучшее место и даже бесплатно обслужили… Однако такая перспектива ее не прельщала.

– А ты будешь сегодня на балу? – поинтересовалась у нее Лизи.

– Да ну, какой бал? – Дарья махнула рукой. – У меня и платья нет, и танцевать я уже, наверное, разучилась.