БЖД

– Вы что, хотите, чтобы я сделала вам этого ребенка? – Произнесли мои губы, а моя голова запоздало вздрогнула от комической двусмысленности фразы.

– Да нет же! – Лиля сегодня была явно в ударе, не давая клиенту вставить ни слова. – Он хочет вот этого мужика, это его дед что ли…

– Прапрадед, – невнятно заговорил Станислав, оглядываясь вокруг. – Мне нужен он, а не девочка.

– Девочку я и не стала бы делать ни за какие деньги, – глядя ему прямо в лицо пообещала я. – Девочка мертва…

– Как – мертва?! – Переполошилась Лилька и с ужасом уставилась на Станислава, прижав руки ко рту.

 – Как – мертва?!

– Лиля, присядь куда-нибудь и успокойся, – посоветовала я ей. Конечно же, сестрица ознакомилась с фото, но, как всегда, не увидела там ничего интересного. Ее полнейшее равнодушие ко всему, что не касалось ее лично, было удивительным и абсолютно искренним. Она вполне была способна не приметить даже стадо слонов, если это стадо ей не было нужно в данный момент. Но сейчас, пораженная моими словами, она действительно села на диван и замолчала.

– Вы не шокированы. – Предполагаемый клиент не спрашивал, а утверждал.

– Я ведь художник, – пожала я плечами. – Приходилось видеть мертвых и делать зарисовки. Кроме того, мне известно о моде прошлого, а, простите, уже позапрошлого, века на фотографии с умершими членами семьи, в первую очередь с детьми. Смерть меня не пугает. Никто не живет вечно.

– Да. – Станислав теперь беззастенчиво рассматривал меня. К пристальным взглядам я уже давно привыкла, но от его равнодушного взора мне стало не по себе.

Чем-то его глаза напоминали маленькую покойницу с фотографии. Жизни в них было не больше, чем в несчастном ребенке, закрепленном на железном штативе в карикатурном подобии счастья. – Вы сделаете куклу?

Выбор шарнирки

В итоге я согласилась. И основную роль в моем согласии сыграла причина самая очевидная и примитивная, а именно – деньги. Я не люблю торговаться, хотя частенько приходится, но в данном случае странный заказчик сходу назвал такую сумму, на которую мне без проблем удалось бы прожить как минимум полгода.

А то и дольше, если не возникнет непредвиденных расходов. Тем не менее, признаюсь честно: если бы у меня была самая призрачная возможность подзаработать где-то еще, я бы отказалась, несмотря ни на какие деньги. Разговор со Станиславом, кстати, я так и не выяснила ни его отчества, ни фамилии, был тягучим и муторным, словно прокисшая овсянка. И оставил такое же мерзкое послевкусие.