БЖД

Тогда, через день, через два, а может и через неделю или месяц, образ сложится в четкую фигуру – и можно приступать, уже не боясь прогнать робкого призрака.

Кошки отважились вернуться в комнату из кухни только поздно вечером. Тревожно шипя и прижимая уши, они, тем не менее, решительно оккупировали диван, который я застилала постельным бельем для отхода ко сну. Странно, обычно мои засранки предпочитают дрыхнуть общей лохматой кучей на широком подоконнике или на неработающем сто лет телевизоре. Но сегодня Шляпа, Рыба и Морковка облепили меня со всех сторон и явно собрались спать вместе с хозяйкой.

Да и пусть. Теплее будет.

Выключив свет и уже засыпая, мне вдруг подумалось: а когда это сбежавший Станислав вызвал такси? Никто ему не звонил и не сообщал о прибытии машины. Додумать мысль не получилось – я заснула. Как обычно, мне снилось что-то невероятное, но я никогда не помню своих снов…

Мадам Дроссельмейер

Ираида Щецинская – имя, «широко известное в узких кругах». Встретив эту невысокую скромно одетую женщину на городской улице, вам едва ли придет в голову, что перед вами один из наиболее плодовитых и оригинальных художников своего поколения, поколения постсоветской разрухи, профессиональное становление которых пришлось на «лихие 90-е».

Она прошла через все: нищету, невозможность полноценной работы по специальности, презрение выживающего любой ценой обывателя к хрупкой творческой личности, непонимание близких… В отличие от многих других, она не сломалась.

Как стойкий оловянный солдатик, мечтающий о своей балерине, Ираида сумела преодолеть все преграды и стать, без преувеличения, одним из самых самобытных и узнаваемых кукольных мастеров на просторах бывшего СССР.

Ее работы занимают почетные места в кукольных галереях и музеях. Куклы Щецинской заслужили признание как в профессиональной среде, так и в среде коллекционеров и простых любителей древнего искусства куклоделия.

Пройдя через юношеское увлечение сказочным идеализмом (см. фото 2, 3) и решительно отказавшись от него в пользу бытовой антисказки (4,5,6), Ираида несколько лет работала в манере сурового реализма (7,8), ожидаемо сменившегося эклектикой и стилизацией (9—11).

Сейчас ее узнаваемый авторский стиль можно охарактеризовать как суровый антисказочный стилизованный реализм с элементами эклектики (12—14). Впрочем, сама Ираида не любит громких слов, считая их всего лишь…

Ничто

Ветер трепал обрывок бумаги, играл с ним, словно шаловливый котенок.