Дикая сердцем

Мне тоже не стоит сомневаться, понимаю я, потому что как у нас может все получиться, если постоянно строю запасные планы на случай, если все пойдет не так?

– Нет, думаю, я тоже за покупку. – Начинаю рассматривать альтернативные варианты. – Быть может, мы переедем в дом с участком побольше через несколько лет, после того как откроется «Йети»?

Джона бросает на меня суровый взгляд.

– Мы не станем брать это название.

– Еще посмотрим… – передразниваю я нараспев, закрывая вкладку и готовясь к тому, что сейчас Джона начнет меня раздевать.

Это уже стало его привычкой: через пять минут после того, как его тело касается матраса, независимо от того, насколько длинным был его день, я оказываюсь голой.

Моя кровь заранее бурлит от предвкушения.

Но он пока не двигается.

– У Агги сегодня был очень интересный разговор с Барри.

Мне требуется мгновение, чтобы связать все воедино.

– Того фермера?

– Ага. Он хочет купить наши дома. Этот и дом Рена.

– Правда?

У них ведь и так есть хороший двухэтажный дом.

– Его бизнес процветает, и он хочет увеличить территорию для посевов.

– Это хорошо, да? Мы же боялись, что продажа займет целую вечность.

– Ему нужна только земля, Калла. Он демонтирует дома.

Мне снова требуется время, чтобы сообразить.

– Ты имеешь в виду снесет?

– Ага. – Я чувствую на себе пристальный взгляд Джоны. – Что ты об этом думаешь?

Дома, где десятилетиями жили мой отец, бабушка и дедушка, где любили друг друга мои мать и отец и где жила я; место, которое все еще носит на себе цветы, нарисованные маминой рукой почти двадцать семь лет назад.

Эти два простых модульных дома в этом холодном просторе тундры – один мшисто-зеленый, а другой маслянисто-желтый, – которые ничего не значили для меня, когда я впервые увидела их, теперь ощущаются словно потерянное детство, каким-то образом обретенное заново.

А Барри Уиттамор хочет их снести?

Имею ли я право вообще расстраиваться? Ведь мы с Джоной уезжаем из Бангора, чтобы начать жизнь в другом месте.

– Честно говоря, я не знаю, что думать. А что думаешь ты?

Джона закусывает нижнюю губу в раздумье. Проходит мгновение, прежде чем он отвечает.

– Если мы переезжаем, мне здесь делать нечего. И все же… я всегда думал, что здесь будет жить какая-то другая семья.

– Точно. А Агнес? Что она думает?

Он фыркает.

– Само собой, ей эта идея не понравилась.