Дикая сердцем

– Да, я собираюсь заняться балдахинами.

Я вытягиваю руки над головой, морщась от боли в пояснице и плечах. И мечтаю о горячей ванне.

– Фу! Балдахины. Никогда не понимала, кому они нравятся.

– Правда?

– Передавай привет Джоне от нас.

– Передам. И определитесь, когда приедете к нам!

Мы уже заканчиваем разговор, когда раздается голос Джоны:

– …Отказывается возвращаться туда, если он там. Бандит, похоже, не против, по крайней мере, пока.

Входная дверь со скрипом открывается.

– Я поспрашиваю, не будет ли кто заинтересован, – раздается знакомый мне женский голос.

 – Что-то мне подсказывает, что не так уж много людей хотят купить старого бесполезного козла-мужененавистника.

– Эй, Калла, к нам приехала Мари! – зовет Джона, входя в дом вместе с высокой стройной женщиной.

Я снимаю резиновые перчатки и бросаю их в сторону, а затем оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с сине-голубыми глазами Мари. С тех пор, как мы видели ее в последний раз, когда она прилетала в Бангор, чтобы оказать ветеринарные услуги деревне, прошло два месяца.

А теперь она живет всего в пятнадцати минутах пути от нас.

– Привет, Калла, – улыбается она. Ее руки судорожно обхватывают горшок с комнатным растением и подарочный пакет, формой напоминающий бутылку с ликером. – Решила зайти посмотреть, как у вас дела.

Я провожу пальцами по волосам, приглаживая растрепавшийся узел.

– Рада тебя видеть.

И это действительно здорово – видеть знакомое лицо, пока мы пребываем в самых глубинах ада уборки дома, даже если мы с Мари никогда и не заходили дальше вежливого обмена приветствиями, а я на сто процентов уверена, что она влюблена в моего парня.

Мари засовывает пакет с подарками под мышку, освобождая руку, чтобы откинуть с лица прядь длинных золотистых волос.

– Так… – Она обходит гору мусорных пакетов посередине зала. – Как у вас дела?

– Ну… Я одета в одежду умершей женщины и копаюсь в ее вещах. И я только что нашла подушку от геморроя в глубинах шкафа в прихожей.

А еще я обломала себе все ногти и всерьез подумываю открыть бутылку вина, – бросаю взгляд на часы, – в полдень.

Мари поджимает губы, чтобы сдержать улыбку, и ее взгляд останавливается на пятнах отбеливателя, которые я посадила вчера на коленях, пока скребла ванну на первом этаже.

– Ты отлично выглядишь. Впрочем, как всегда.

– Спасибо, но я выгляжу как бродяга, – возражаю я, заимствуя любимое словечко Саймона.

Мари более нарядная, чем обычно.