История Попаданки

Шум телевизора не стихал даже глубокой ночью, так как отец часто засыпал во время просмотра очередной передачи. Лена по-своему любила семью, но мелкие всегда поднимали такой шум, что желание их убить присутствовало у неё постоянно. О личном пространстве вообще можно забыть. Везде влезали без мыла, трогали вещи, и более того присваивали себе, "клептоманы мелкие", как говорила она сама в порыве ярости.

«Зачем делать четверых детей, если нет подходящих условий, для того что бы их вырастить нормальными людьми?»

Никто кроме тех, у кого есть младшие братья и сестры, страдающие гиперреактивностью, не мог понять всю степень её моральных мучений.

Тяжело вздохнув девушка, стянула армейские берцы со своих измученных ног. В таких семьях как бывает, кто старше, тот вечно что-то должен. Присмотреть за младшими, поиграть с ними, сделать уроки если надо. Тут даже при желании остаться в одиночестве, не выйдет. Сидишь одна, прекрасно. На тебе кого-то из младших, поиграйся, а то дитачке скучно. И так часто бывало с ней не только в отношении младших, но и в том случае, когда у них были гости с детьми.

«Тьфу, противно. И кому рожали, спрашивается?»

Иногда Лена просто начинала сходить с ума от такого количества людей в столь тесном пространстве. И это была просторная четырёхкомнатная квартира, с высокими потолками и большими комнатами, поэтому как-то удавалось не сидеть друг у друга на головах. Но некоторые люди в однушке как-то умудряются жить всем скопом. И думая об этом, Лена готова была поклясться, что сто процентов сошла бы с ума.

Общими, почему-то считались всегда только её вещи. Попробуй девушка хоть фломастер у кого-то из младших взять, сразу объявлялась врагом народа, который обижает маленьких.

Зайдя в свою комнату, она кинула рюкзак на диван и тут же пошла к деду.

– Привет, рыжая. Где пропадала? – прозвучало приветствие именно в тот момент, когда она пересекла порог комнаты.

– Деда, ну прекрати так меня называть, – немного притворно обиделась Лена.

– Ладно тебе дуться, знаешь же, что я буду называть тебя рыжей, потому что ты и есть рыжая, – с улыбкой произнёс он, присаживаясь в кресло.

Ответная улыбка выползла сама собой. Даже мать и отца Лена не любила как деда. Только он всегда был рядом, учил читать, помогал с уроками, брал с собой на дачу, читал сказки.