На острие мезальянса

– Я слышала об этом, – выдержав паузу произнесла она, – Это несомненно, большая трагедия.

– Думаю, нашлось немало желающих посплетничать, – усмехнулся мистер Хэлтор и впервые на его лице появилась улыбка. Она выглядела ещё одним кривым шрамом, возможно из-за не слишком изящных черт, а может, из-за отсутствия тепла.

– Меня не интересуют сплетни, – сухо обронила Анна, сложив руки в замок. Сделав несколько шагов, она пыталась привести мысли в порядок, и поскольку барон не спешил нарушать тишину, ей пришлось продолжить, – Для мисс Айрин это стало большим ударом, но время не стоит на месте, поэтому я считаю, что стоит сосредоточиться на будущем, а не тратить время на прошлое.

– Это произошло неожиданно.

Фраза прозвучала глухо и твёрдо, взглянув на барона, Анна отметила что его лицо всё ещё оставалось холодным и бесстрастным. На мгновение он замолчал, но затем продолжил:

– В некотором роде мне её даже жалко. В один момент она лишилась матери, а отец.., – он пожал плечами, не закончив фразы.

– Тем не менее, в жалости нет никакой пользы. На свете много детей, более несчастных, чем она. Детей, что вынуждены спать на холодных камнях прижавшись друг к другу или забившись в рваный гамак, в одной из кишащих крысами комнат рабочего дома. Мисс Айрин лишена телесных тягот, всё что ей нужно, так это твёрдая рука.

Внезапно он встал и подойдя ближе посмотрел на Анну с интересом.

– Говорите так, будто уже разочаровались в жизни.

– Во мне говорит не разочарование, а трезвый разум.

Мир это жестокое место, где нужно сохранять силу духа несмотря ни на что. Я искренне сочувствую мисс Айрин, но именно из моего желания ей помочь, произрастает холодность. Маленькую госпожу есть кому пожалеть, поэтому я могу со спокойной совестью заняться её образованием.

– Не сомневаюсь, что ваша рука обладает необходимой твердостью, – несколько саркастично произнёс мистер Хэлтор.

Неожиданно в дверь постучали, и в комнату вошла леди Лэнгвертон.

– Адам, я слышала что вы вернулись, о Светлый, я так торопилась, – сказала она, и в голосе отчётливо звучали тревожные нотки.

– Ничего нельзя утаить, особенно от тебя, моя дорогая Эбигейл. Как мило, что ты решила так скоро меня навестить, но не стоило торопиться.

– Ох, Адам, – подойдя ближе, девушка взяла его за руки и глядя прямо в глаза, продолжила, – Кто же знает, сколь долго ты решишь оставаться в Ваден-Холде?

– У нас ещё будет время всё обсудить.