Тайна красной пряди

Кухня находилась на более низком уровне, чем сад, так что я смотрела на гравийную дорожку. Там шел мистер Дебни, держа Робби за руку. Робби щебетал, как птичка, а Пол Дебни улыбался ему. В бледном ноябрьском солнечном свете это была прелестная картина, еще более прелестная, чем лицо Сары. Но когда я с благодарностью взглянула на них, чувствуя, что сам вид этих двоих выводит меня из странного приступа слабоумия, Робби, случайно взглянув в мою сторону, бросился на своего спутника, напрягся и показал пальцем. Я услышала его пронзительный крик: “Вот она! Я хочу, чтобы они забрали ее!”

Я отпрянула от окна, закрыла лицо руками и поспешила к внутренней двери, которая вела на кухонную лестницу.

Мне не хотелось снова смотреть на Сару, но что-то заставило меня это сделать. Она смотрела на меня со страхом и весельем, самым отвратительным взглядом. Я выскочила за дверь и, спотыкаясь, поднялась по лестнице. Меня трясло от гнева, страха и душевной боли, и все же это последнее чувство было единственным, причину которого я могла себе полностью объяснить. Пол Дебни видел, как ребенок бледнел и цепенел от страха при одном моем виде, и я не могла забыть мрачного, сурового взгляда, с которым он следил за жалким, указующим пальцем Робби. А мне казалось, что этот человек влюбляется в меня!

Воистину, мои нервы были бы не в том состоянии, чтобы выдержать ужасное испытание грядущего времени, но, воистину, и к счастью, эти нервы сделаны из стали. Они гнутся часто и с мучительной болью, но не ломаются.

Теперь я знаю, что они никогда этого не сделают. Они были испытаны в высшей степени и выдержали испытание.

Копна красно-золотых волос

В тот вечер я легла рано и, частично раздевшись, накинула на себя халат и сидела на кровати, читая, пока Мэри не пришла сказать мне, что Робби уснул и что пора начинать наше ночное дежурство. Я больше не разговаривал с Мэри на эту тему, потому что вскоре после моих поисков на кухне миссис Брейн попросила меня помочь ей разобраться со старыми, давно закрытыми ящиками и шкафами в северном крыле, и у меня был очень напряженный и утомительный день.

Однако я с облегчением обнаружила, что Сара бросила свои труды при моем появлении. Г-жа. Брейн выглядела почти такой же счастливой, как и я.

– Это самая неутомимая работница, которую я когда-либо встречала, мисс Гейл, – сказала она в своей вялой, нервной манере, – она приклеилась ко мне с тех пор, как мы начали эту бесконечную работу.