Я, ангелица

Честно говоря, я даже не видела смысла вставать не только сегодня, но и вообще когда-либо.

Рядом со мной лениво потягивался Бегемот. Я видела, как он мимоходом глянул на меня своими золотистыми глазами. Маленький бандит хотел погрузить когти в подушку, но сдерживался, пока я смотрела на него.

Я вытянула руку и сотворила в ней кружку с горячим шоколадом.

– Знаешь что, котик? – пробормотала я. – Я предпочла бы быть обычной смертной, которая не особо бы верила в загробную жизнь. По крайней мере, я бы заставила себя встать с кровати… а так вовсе и не надо…

Некоторое время в одном из дюжины зеркал я любовалась сеном, которое было у меня вместо волос.

Это Белет обустраивал мой дом. По-видимому, он решил, что это отличная идея – увешать всю спальню зеркалами. Наверное, надеялся на какую-нибудь дикую оргию.

Кот, как это умеют только кошки, совершенно меня игнорировал.

– Хочу посмотреть какой-нибудь фильм. Желательно такой, где все умирают, – продолжила я разговор.

На единственной стене, не занятой зеркальными панелями, появились огромные, показные золотые ворота, на которых были вырезаны иероглифы.

Я без труда могла узнать, кому они принадлежали.

Разумеется, без стука, в комнату ворвалась Клеопатра. Полупрозрачное платье с длинным шлейфом из перьев подмело пол. Искусно плиссированная ткань веером складывалась на ее бедрах. Золотая корона с королевской коброй на лбу заблестела на солнце, когда Клео одним движением руки распахнула занавески. Густо подведенные черным карандашом глаза с осуждением смотрели на меня.

– Что ты делаешь? – спросила она.

– Разговариваю со своим котом. Мы классно болтаем, – ответила я и заметила, что Бегемот куда-то исчез.

Клеопатра окинула меня очередным неодобрительным взглядом из целой гаммы подобных и села на мою кровать.

– Тебе нужно взять себя в руки, – сказала она. – А теперь рассказывай, как вы расстались. Во всех подробностях.

Терять было нечего. Я рассказала, как чуть не застукала их вдвоем, как съела яблоко и до меня дошло, что он, наверное, изменил мне, а он не стал этого отрицать.

Печально…

– Подожди, значит, это ты его бросила? – убедилась она.

– Ну…

– И прекрасно, – довольно улыбнулась Клео.

– Прости? – Я даже приподнялась на локте.

– Это женщина должна первой бросать мужчин. А не они ее. – Внезапно Клеопатра как будто потухла.

– Что случилось? – спросила я.

Она посмотрела на меня с грустью в глазах. Я увидела в них слезы, но ни одна капля не скатилась по ее щеке.